Борьба с COVID-19 в Павлодарской области – уроки усвоены

Насколько велика вероятность повторения в регионе весеннего локдауна? Может ли менять оттенки «красная» зона, или это и есть пессимистичный сценарий развития событий? Что будет, если эпидемиологическая ситуация в области начнёт ухудшаться? Об этом и о многом другом – от экологии до «болевого строительства» – в эксклюзивном интервью «Звезде Прииртышья» честно и без прикрас рассказал аким Павлодарской области Абылкаир Скаков.

 

Сценарий уже не тот

 
– Абылкаир Бактыбаевич, к сожалению, Павлодарская область не лучшим образом отличилась в летний пик заболеваемости COVID-19.  Все помнят и дефицит лекарств, и острую нехватку медперсонала, и одну точку кислородного доступа на всё отделение. Вторая волна только набирает обороты, а мы уже успели побывать в «красной» зоне. Какой летний урок мы не усвоили? 

  – Летом все службы, связанные с выявлением и лечением больных коронавирусной инфекцией, оказались в очень тяжёлом положении. Многого, как вы и отметили, не хватало. Система здравоохранения области, как, пожалуй, всей страны и всего мира, была не готова к такой нагрузке. Это был тяжелейший период. 

Уроки усвоены. Почти до 5 тысяч мест увеличен коечный фонд, в том числе резерв реанимационных коек. Значительно укреплена оснащенность медучреждений: стало в шесть раз больше кислородных точек, в 3,5 раза – аппаратов ИВЛ, число кислородных станций выросло с 2 до 11, идет полное обновление автопарка станции скорой помощи. Сформированы запасы лекарств в стационарах и аптеках, открыты новые ПЦР-лаборатории. Словом, обеспеченность системы здравоохранения значительно отличается от той, что была летом.  



Но в первую очередь мы занялись созданием медицинской инфраструктуры именно инфекционного профиля. Большинство экспертов сходятся во мнении, что для недопущения распространения болезни необходимы инфекционные боксы. Они обеспечивают изоляцию больных. В провизорных стационарах, как бы мы ни старались разделить их на «чистые» и «грязные» зоны, передача вируса не исключена. Так, в Павлодаре построен модульный инфекционный госпиталь на 200 мест. Больные коронавирусом сейчас попадают туда. 

Второй ключевой момент – организация триаж-центра, или места, где происходит первичная сортировка больных. Летом такой центр был развернут во Дворце спорта «Баянтау», и он помог разгрузить больницы и «скорую». Зимой сортировочный центр в таком сооружении не откроешь. Сейчас триаж-центр располагается в здании бывшего онкодиспансера на улице Мира. Пусть он не дотягивает до полноценного инфекционного госпиталя, но там есть системы кислородного обеспечения, реанимация, компьютерный томограф, лифты.



Как видите, сейчас есть больше возможностей для безопасного и эффективного распределения пациентов. Это ключевой момент в сдерживании распространения вируса. 

Впрочем, все эти усилия не имели бы смысла без формирования кадрового резерва. Сейчас в нашем «резервном войске» почти 600 медицинских работников. Это выпускники медицинских вузов, резиденты, специалисты, вышедшие из декретных отпусков, а также трудоспособные медики-пенсионеры. Последние, конечно, не будут работать на передовой. Но они могут консультировать, назначать лечение. В случае ухудшения эпидситуации будут мобилизованы все ресурсы нашего здравоохранения. На план «С», самый пессимистичный сценарий, есть пофамильные списки медиков для работы на передовой. 



– А по какому сценарию события разворачиваются сейчас? 

– Эпидемиологическая ситуация у нас сейчас напряжённая, но контролируемая. Были вовремя приняты дополнительные ограничительные меры. Коэффициент репродуктивности КВИ снижен с 1,6 до 0,95 (данные за 16.11.20. – Прим. ред.). Если показатель выше единицы, это тревожный знак. Несмотря на то, что он сейчас ниже, и на наш переход из «красной» зоны в «желтую», расслабляться нельзя.



И речь идет не только о системе здравоохранения. Не всё зависит от нее. Настороженными должны быть и жители. К сожалению, некоторые перестали носить маски, устраивают масштабные вечеринки и тои.  До сих пор есть те, кто не верит в существование COVID-19. Я в очередной раз обращаюсь к землякам: соблюдайте элементарные меры безопасности, берегите себя и близких! Так скорее сформируется коллективный иммунитет к болезни, и мы вернемся к привычной жизни.  

– Межведомственная комиссия по борьбе с COVID-19 отменила выплаты медикам, заразившимся коронавирусной инфекцией, переложив эту часть расходов на медицинские организации и местные акиматы. Заложена ли у нас в бюджете какая-то сумма на этот случай? 

– Во-первых, все выплаты, ранее полагавшиеся медикам, были произведены в полном объёме. Изменения, о которых вы говорите, коснулись прежде всего ответственности главных врачей за персонал. Сегодня во всех медицинских учреждениях достаточно средств индивидуальной защиты, строго разделены «грязные» и «чистые» зоны, созданы эпидемиологические группы, которые постоянно контролируют соблюдение санэпидрежима. То есть больницы обеспечили всем для недопущения заражения медиков. Если это все же произойдет, материальные затраты будут нести сами медицинские организации. Предусмотрено независимое эпидемиологическое расследование.  



– Прогнозы – вещь неблагодарная, но всё же не могу не спросить. Если нам придется жить по плану «С», какова вероятность повторения весеннего локдауна? 

– Как я уже говорил, мы делаем всё возможное, чтобы не допустить развития худшего сценария. Опять-таки, пессимистичный прогноз в его летнем и нынешнем вариантах – это две разные вещи. Более того, для минимизации вероятности худшего варианта была проведена ранняя вакцинация от ОРВИ. Это дало свой результат. Заболеваемость ОРВИ снизилась почти в 4 раза по сравнению с прошлым годом. 18 тысяч случаев регистрации болезни против 68 тысяч. Это означает, что в разы меньше людей обратится в медицинские организации, где, несмотря на максимальную настороженность по отношению к вирусу, все же имеется риск заражения. Если высокая настороженность будет у всех, то велики шансы, что мы избежим сценария «С». Как бы то ни было, мы находимся в куда лучших условиях подготовки к волне КВИ, чем были летом. 

О заводах по-новому

– Пандемия пандемией, но жизнь продолжается. У нас собираются строить завод по производству кальцинированной соды. Как следует из информации, озвученной во время общественных слушаний, предполагается использование устаревшей технологии, грозящей Иртышу обмелением. Примечательно, что проект еще не одобрен, а коммуникации уже прокладывают. Не кажется ли вам, что заказчики строительства бегут впереди паровоза? 



– Инициатор проекта на общественных слушаниях должен по полочкам разложить всю математику потребления воды и все нюансы технологии, которую предполагается использовать. Слушания должны быть широкими, открытыми и прозрачными. Все желающие должны иметь доступ к ним и право высказаться.  

Что касается коммуникаций, то решение об их строительстве было принято еще в прошлом году на региональном координационном совете по вопросам предпринимательства. Эти сети пригодятся при любом сценарии развития событий. Имеется немало других проектов, которые сложно реализовать из-за высокого износа сетей и дефицита мощностей. Инфраструктура будет востребована в любом случае. Одно хочу сказать: строительство завода сегодня не ведется; если оно и начнется, то только после положительных результатов общественных слушаний.  

– Можете ли вы заверить павлодарцев, что технология, которая будет применяться на заводе, будет адекватна? 

– Пагубно влияющие на экологию технологии не должны и не могут быть использованы. Это прописано и в новом Экологическом кодексе. Но дело не только в законе. Чистые технологии – это ещё и вопрос конкуренции для самого предпринимателя. Инвестор, реализующий «грязный» проект, изначально проигрывает. Он со своей старой технологией не будет конкурентоспособен на рынке, он постоянно будет платить штрафы, эмиссии. Плюс подпорченная репутация. Внедрение наилучших доступных технологий – это как раз и есть генеральная мысль нового Экологического кодекса. С его вводом должен повыситься уровень экологической культуры бизнеса. А со временем, я уверен, изменится экологическое сознание каждого жителя. 

– И кремниевый завод в Экибастузе. Похоже, жители области уже были уверены, что в регионе отказались от строительства этого производства. И вдруг – сообщение об очередных общественных слушаниях. Судя по всему, кремниевому заводу в Экибастузе быть? 

– Пауза, о которой вы говорите, была связана со сменой собственника компании. Новые инвесторы, насколько мне известно, значительно изменили проект, максимально учли пожелания экологов. В конце октября, если не ошибаюсь, состоялись слушания по технико-экономическому обоснованию проекта. Следующим этапом должно стать обсуждение ПСД. Жителей и экологических активистов необходимо посвящать в детали проекта на каждой его стадии.  

Я говорил и продолжаю говорить – инвесторы должны кардинально менять подход к проведению общественных слушаний. Нельзя воспринимать их как какое-то формальное мероприятие. Технологии и другие моменты проекта во всех подробностях должны доводиться до общественности заблаговременно и профессионально. 

– К каким еще инвестиционным проектам готовиться павлодарцам? Сахарный, крахмальный заводы, третья очередь электролизного? 

– В пуле предполагаемых инвестпроектов есть названные вами, кроме электролизного. Как бы то ни было, повторюсь, мы настроены выбирать проекты, которые отвечают всем экологическим требованиям. 

 

Про подземный аудит и сырые проекты 

– Вопросы акиму области – всегда из серии «объять необъятное». Хочется задать всё и сразу. Но есть лимит времени и газетного места. Не могу не задать вопрос из коммунальной сферы. Почти каждое лето павлодарцы и экибастузцы сидят без горячей воды. Когда стартует отопительный сезон, начинаются порывы на теплотрассах. Как вы оцениваете нынешнюю подготовку к отопительному сезону и, самое главное, выполнение монополистами своих инвестиционных обязательств?  Почему тарифы повышаются из года в год, а износ сетей остаётся всё таким же большим?  

– Ключевой момент здесь – высокий износ сетей. Основные темпы строительства Павлодара пришлись на 1970-е годы. Неудивительно, что число аварий растет. Это на самом деле очень большая проблема. Что мы делаем? 



Вы обратили внимание, что когда речь заходит о проценте изношенности коммунальных сетей, каждый называет свои цифры? У одного этот показатель, условно говоря, 68 процентов, у другого – 82 процента. И никто не может аргументировать ту или иную цифру. Но, извините, речь идет о миллиардах бюджетных тенге. Как можно, не основываясь на конкретных фактах, делать выводы и предпринимать действия? Поэтому первым делом было решено провести технический аудит всей инженерной инфраструктуры Павлодара, совместно с учёными из Торайгыров университета.

Аудиторы должны выяснить, где и чьи сети находятся (их очень много: в коммунальной собственности, в доверительном управлении, частные, заброшенные, бесхозные), и исследовать их на предмет технического состояния до конца года. Мы должны знать картину технического состоянии инженерных коммуникаций не по наитию, а реальную, такую, какая она есть. Когда мы её поймём, будет возможность рационально планировать работы и распределять ресурсы.



Что немаловажно, сможем синхронизировать свои и планы монополистов. К примеру, запланировано асфальтирование улицы, на которой через год Тепловые сети будут проводить свою модернизацию. Зачем сейчас тратиться на капитальный ремонт дороги, если ее через какое-то время разрушат? Рациональнее обойтись текущим ремонтом, а капитальный сделать по завершении работ на сетях. Такой подход считаю правильным. Полная диагностика состояния инженерных сетей позволит и оптимально распределить нагрузку между бюджетами компаний и акимата. 

Что касается инвестиционных обязательств, то, по информации антимонопольного ведомства, компании выполняют их. Те же Тепловые сети за последние четыре года выполнили работ на 4,8 миллиарда тенге. За прошлый год их вложения составили 1,1 миллиарда. По этому году данных ещё нет, поскольку монополисты отчитываются по своим инвестиционным программам в мае года, следующего за отчетным периодом. 

Суммы, как видите, внушительные. Плюс бюджетные расходы. Но пока у нас нет объективной информации о состоянии сетей, ошибки есть и будут.  После технического аудита средства будут прежде всего направляться на наиболее аварийно опасные участки. Пока же мы решаем те или иные проблемы в ручном режиме, уже после аварии. Работа должна вестись системно и быть направлена на предупреждение порывов, а не на их экстренное устранение. 

– Какова стоимость технического аудита? 

– Сотрудничество с учёными строится на общественных началах. В рамках нашей совместной с Торайгыров университетом программы «Сильный вуз – сильный регион». Я уверен, что связь науки, власти и бизнеса позволит эффективно использовать потенциал региона. Региональные вузы должны работать на экономику области. 

-– Большой вопрос – качественная питьевая вода в сёлах. С запуском Майского группового водопровода этот показатель, несомненно, в регионе улучшился. Что еще нужно сделать? 

– За последние три года качественную питьевую воду получили еще 76 тысяч сельчан. Показатель обеспеченности вырос почти в два раза. До конца этого года чистая питьевая вода будет уже почти у 90 процентов жителей сёл.  Это более 205 тысяч человек. 



Изначально планировалось, что чистая вода появится во всех населенных пунктах региона до 2025 года.  Но я поставил задачу завершить этот процесс к концу 2023 года.  

– Весной на пресс-конференции вы говорили о создании списка добросовестных застройщиков. Может, имеет смысл создать нечто подобное и в случае с подрядчиками, ведущими работы по водоотведению в сёлах? Слишком много жалоб на их работу поступает от сельчан. 

– Действительно, недобросовестность подрядчиков – это большая проблема. Но прежде чем я начну рассказывать о ней, хочу остановиться на другой проблеме. Беда многих проектов – это сырая проектно-сметная документация. Какая изначальная документация – такой и результат. Я сейчас всерьез занимаюсь этим вопросом. Налицо отсутствие компетенций, непрофессионально выполняются технические задания, а проектно-сметную документацию делают либо формально, либо вообще не выезжая на место. Подрядчик же выполняет работу по документации, так появляются некачественные объекты.   



Но это, конечно, не снимает ответственности с него. Подрядчики разные бывают. Весь этот год в нашей области проходит под эгидой контроля качества строительных работ. Мы вовлекли в эту работу самих жителей, общественников, независимых экспертов. Если говорить, в частности, о жителях, то они, например, могут полностью контролировать, как устанавливают детскую площадку в их дворе или как ремонтируют дорогу. Не только контролировать, но и высказывать пожелания, которые учитываются при реализации проекта. Успешных примеров много. С другой стороны, посредством эскроу-счетов уполномоченные органы усилили контроль над расходованием бюджетных денег стройкомпаниями. Это дисциплинирует подрядчиков. 

Как я говорил на той же пресс-конференции, мы должны значительно повысить качество и культуру строительно-монтажных работ в нашей области, которая всегда славилась сильными профессионалами и крепкими традициями в этой отрасли. Уверен, что эта задача нам по плечу. 

– Спасибо за интервью. 

– Вам спасибо за интересные и важные вопросы.  

Беседовала Ирина Волкова
Фото Валерия Бугаева