"Отказ от ядерного оружия — это политическая воля Казахстана, ведь мы страдали от него 40 лет"
Неофициальный перевод
Заместитель директора Библиотеки Первого Президента Казахстана и бывший вице-министр оборонной и аэрокосмической промышленности, политолог Тимур Шаймергенов рассказывает о проблемах Казахстана в первые три десятилетия его существования как суверенного государства; от межэтнических отношений до внешней политики.
Столица Казахстана г.Нур-Султан
Отличался ли процесс обретения Казахстаном независимости в 1991 году от других советских республик, учитывая то обстоятельство, что он был самый большой, помимо России, и к тому же многонациональный?
Обретение независимости Казахстаном после распада СССР произошло в тот же период, что и в других 14 республиках бывшего Советского Союза. Особенностью нашего процесса было то, что мы последними вышли из состава СССР, потому что наш президент настаивал на существовании хоть какой-то связи, он хотел сохранить некое сообщество между независимыми странами бывшего Союза, то, что мы называли "цивилизованным разводом". Таким образом, он не хотел разрывать все связи между нами - экономика Казахстана была тесно интегрирована с экономикой соседей, и любой разрыв отношений означал бы коллапс нашей экономики. Поэтому Нурсултан Назарбаев предложил создать некий вид единства или сообщества. Благодаря этому предложению и в основном по настоянию президента Назарбаева возникло СНГ - Содружество Независимых Государств. Сегодня его можно рассматривать как не совсем понятный союз стран, но в 1990-е годы было очень важно иметь платформу для диалога, хотя бы для создания торговых связей между странами, а также для того, чтобы граждане этих новых стран могли передвигаться, с учетом вопросов виз и границ. Так было создано СНГ по предложению нашего первого президента, чтобы сохранить что-то общее, так как когда Советский Союз начал распадаться, все страны хотели иметь как можно больше независимости, они хотели разорвать все узы, которые связывали их с советским периодом.
Другая специфика Казахстана заключается в том, что Назарбаев был лидером Советской Социалистической Республики и оставался, почти три десятилетия, президентом независимого Казахстана. Эта формула позволила осуществить более мирный переход?
Назарбаев был вовлечен в дела Советского Союза. Михаил Горбачев, который в то время был президентом СССР, даже предложил ему стать вице-президентом. Поэтому он был в курсе всех экономических, социальных и политических вопросов в Советском Союзе и, конечно, в Казахской Республике. По этой причине, когда наша страна стала независимой, он оказался в наилучшем положении, для того чтобы возглавить Казахстан, так как знал не только открывающиеся возможности, но и все проблемы и вызовы, с которыми столкнулась новая республика. Будучи в курсе всех деталей, Назарбаев, несомненно, был лучшим человеком для руководства и управления новой формой экономического развития. Естественно, когда начинаешь создавать что-то новое, очень трудно руководить целой страной, особенно такой специфической, как казахская нация, где насчитывается около 130 различных этнических групп, а также множество разнообразных религиозных объединений, поэтому нам необходимо было создать своеобразное единство. Если бы мы пошли по пути парламентской республики, где нам пришлось бы искать компромисс между различными политическими и социальными группами, было бы трудно быстро продвигаться вперед, потребовалось бы много времени, чтобы достичь определенного компромисса, который позволил бы принимать решения. В течение первых пяти или шести лет независимости Казахстана у нас был Верховный Совет и велась политическая борьба за то, чтобы прийти к определенным решениям, а это откладывало столь необходимые экономические и социальные преобразования и реформы, такие как преобразование устаревшей советской экономики в рыночную; проведение реформы и создание правовых основ для иностранных инвестиций; проведение социальных реформ и управление частной собственностью. Это было время, 30 лет назад, когда все было новым и существовало много противоречий между людьми со старомодным менталитетом и новыми реформаторами. Перед президентом Назарбаевым стояла историческая задача - взять на себя всю ответственность и построить сильную президентскую власть, и это было прагматичным решением. Если вы посмотрите на политическую трансформацию Казахстана в те годы, то увидите, что каждые пять-десять лет он наделял правительство все большими функциями, передавая ему все больше ответственности, а на себя он взял решение самых стратегических вопросов. Сегодня у нас есть баланс между различными ветвями власти, более сильный парламент, более подотчетное правительство и более независимая судебная система. Возможно, это еще и не идеальный мир, мы все еще находимся в процессе демократического развития, но именно так все и произошло. Поэтому в 2019 году президент Назарбаев смог уйти на другую должность, он больше не участвует в управлении, но может курировать некоторые стратегические моменты.
Касым-Жомарт Токаев - преемник Назарбаева. Можно ли уже сейчас, за эти два года, заметить персональный стиль нового президента? Разница только в стиле или есть еще и разные точки зрения?
В целом, Токаев следует модели Казахстана, разработанной Назарбаевым. Но, конечно, он другой человек, другого возраста и другого профессионального уровня, поэтому у него и стиль другой. Назарбаев был выходцем из промышленности, его стилем была экономика на первом месте, а политика - на втором. В эти последние два года Токаев, даже следуя линии Назарбаева, стремился к большему балансу между экономическими и политическими реформами. За эти два года он провел реформы, направленные на защиту прав детей и женщин, и, возможно, его особенностью является то, что он уделяет много внимания общению правительства с гражданами. Новый президент открыл множество линий связи между различными социальными группами и правительством, следуя глобальной тенденции прозрачности управления. Это тактические изменения, которые улучшают наследие президента Назарбаева. Идеального мира не существует, поэтому президент Токаев хочет улучшить мир своего предшественника.
Одним из успехов этих 30 лет независимости являются отношения между казахским большинством - этнические казахи сегодня составляют большинство населения - и другими народами. Можно ли сказать, что ваши межэтнические отношения являются лучшими среди стран бывшего Советского Союза?
Мы старались. Казахстан - многонациональное общество, нельзя сказать, что сегодня все казахи говорят на одном языке и исповедуют одну религию, это было бы невозможно, потому что исторически Казахстан никогда не считался нацией, этнической группой, ведь мы являемся перекрестком разных цивилизаций. С исторической точки зрения, мы находимся между исламским миром, азиатским миром и русским миром, поэтому, если посмотреть на исторический период Шелкового пути, мы всегда были на пересечении различных культур, языков, традиций, но при таком вызове живем вполне гармонично. Генетически казахи привыкли жить в многонациональном обществе. Казахстан, как часть СССР, пережил несколько периодов, таких как Вторая мировая война, когда много людей с европейской стороны перебралось сюда вместе с промышленностью, заводами для поддержки военной стороны в борьбе против Германии и других фашистских государств. Многие переехали в Казахстан просто, чтобы выжить, так как европейская часть СССР была вовлечена в войну и там было опасно. Во-вторых, здесь был реализован огромный сельскохозяйственный проект в то время, когда советское правительство начало использовать территорию Казахстана как одну из крупнейших баз по производству пшеницы, а также привлекать таким образом население с европейской части СССР. Из-за всего этого в начале нашей независимости у нас проживало много людей неказахской национальности. В 1989 году, когда проводились исследование на предмет этнических групп и населения, казахское население составляло 46%.
Меньшинство в своей собственной республике...
Да, мы были в меньшинстве. Потому что к нам прибыло много других национальностей с новыми навыками и разным культурным бэкграундом, а мы были поглощены этим миграционным потоком из-за рубежа. В настоящее время казахи составляют, пожалуй, 70%. Это связано с двумя факторами: в начале независимости часть славянского населения переехала в Россию, и мы запустили программу возвращения этнических казахов из Китая и других стран на родину. Нам удалось создать баланс, и сегодня казахи уже не являются меньшинством в своей стране. Тем не менее, мы не можем игнорировать или отвергать другие этнические группы, потому что, например, для многих русских Казахстан был родиной на протяжении, возможно, пяти или шести поколений, для кого-то с советского периода, для кого-то с периода Российской империи. Таким образом, нельзя сказать, что они здесь иностранцы. Мы все живем вместе и прекрасно понимаем друг друга. Мы все еще используем русский язык для общения, но при этом развиваем казахский. Мы думаем, что потребуется некоторое время, чтобы казахский язык стал основным для всех этнических групп для общения друг с другом, потому что советский период действительно изменил языковой ландшафт страны. В настоящее время мы пытаемся развивать казахский язык, мы изменили алфавит с русской кириллицы на западный, чтобы сделать казахский более интегрированным в глобальную коммуникацию, потому что латинский алфавит является доминирующим. Мы пытаемся систематизировать казахский язык, чтобы сделать его привлекательным для глобального общения, поэтому нам нужно время, чтобы его улучшить и, шаг за шагом, распространить среди населения. Это делается не навязчиво, так как правительство поощряет межэтническую гармонию. Если мы посмотрим на членов нашего правительства, государственных служащих или бизнесменов, то увидим представителей всех этнических групп. Если житель Казахстана будет следовать казахстанским ценностям и идентичности, будет считать Казахстан своей родиной, то все будет в порядке. Даже в нашем законодательстве нет никаких этнических квот, нет ограничений, неважно, являетесь ли вы этническим немцем, корейцем или русским, вы можете работать в правительстве.
Политолог Тимур Шаймергенов – заместитель директора Библиотеки Первого Президента Казахстана
Казахстан - девятая по величине страна в мире, но с небольшим населением - 19 миллионов человек. Что касается внешних отношений, ваша политика заключается в том, чтобы воспользоваться преимуществом нахождения в центре и дружить со всеми, будь то другие страны Центральной Азии, Россия, Китай, ЕС или США?
Да. Это то, что мы называем многовекторной политикой. Наша внешняя политика сосредоточена в основном на экономических вопросах, мы не отслеживаем геополитические интриги, у нас нет амбиций стать некой региональной державой. Наша внешняя политика сосредоточена в основном на дружественных отношениях со всеми, поскольку это означает безопасность, у нас нет проблем с окружающими, а значит, мы можем иметь торговые отношения со всеми. В первые десять лет нашей независимости мы уделили много внимания стабилизации границ, чтобы убедиться, что они закреплены навсегда. У нас нет никаких проблем с соседями. Второе десятилетие было в основном посвящено расширению отношений с нашими партнерами, мы поддерживаем отношения с Россией, Китаем, США, ЕС, исламским миром и Азией в целом. Таким образом, когда мы расширяли горизонты наших отношений, в третьем десятилетии мы старались сделать наше положение выгодным, потому что 70% торговли, идущей из Азии в Европу, проходит через Казахстан. Это результат того, что у нас нет проблем с соседями, а это значит, что любая торговля выгодна Казахстану, и ее нельзя останавливать на границе. Мы дружим со всеми, и, прежде всего, нацелены на собственное процветание, поэтому хотим проводить политику, которая приносит стабильность и способствует развитию.
Антиядерная политика очень важна для международного имиджа Казахстана? Она начинается с закрытия Семипалатинского полигона в 1989 году, еще в советское время, и продолжается до сегодняшнего дня со спонсированием договора о запрещении всех видов ядерного оружия.
Совершенно верно. Корни ядерной миссии Казахстана следует искать в 1949 году, когда в советское время на нашей территории был создан Семипалатинский ядерный полигон. За 40 лет у нас было произведено около 456 взрывов. Когда Назарбаев начал борьбу за закрытие полигона, на него оказывалось сильное политическое давление, поскольку СССР считал ядерное оружие ключевым элементом своей оборонной системы. Они не понимали, как мы могли отвергнуть идею совершенствования нашего ядерного оружия. Но Назарбаев рассчитывал на общественную поддержку, потому что люди в Семипалатинске и по всему Казахстану, особенно молодежь, активно продвигали эту идею. Вот как 30 лет назад нам удалось это сделать. Затем СССР распался. У нас на территории была промышленность по производству урана, у нас были стратегические ракеты, инфраструктура для их эксплуатации, и это было ужасно. Некоторые люди считали, что мы просто не можем поддерживать весь этот потенциал, но я считаю, что это неправильное понимание, потому что было довольно много предложений от других стран, в основном из исламского мира, помочь поддерживать ядерное оружие в Казахстане, в том числе денежными средствами. Сегодня мы занимаем первое место по производству урана, и у нас много опытных ученых в гражданской ядерной сфере. Если бы наше правительство хотело сохранить ядерный арсенал, это было бы легко, и никто ничего не смог бы поделать. Просто посмотрите на такие примеры, как Северная Корея, никто не может что-либо сделать, чтобы остановить правительство Северной Кореи от сохранения ядерного оружия, а у нас в Казахстане имелись очень передовые технологии.
Значит, отказ от четвертого по величине ядерного арсенала не был вопросом денег или возможностей?
Нет. Это был отказ от ядерного оружия и вопрос политической свободы Казахстана. Особенно потому, что мы 40 лет страдали от этого оружия и знали, насколько оно опасно. Достаточно взглянуть на статистику, чтобы увидеть, что один взрыв в месяц в течение 40 лет заставил страдать два миллиона человек. До сих пор сотни тысяч людей испытывают на себе последствия радиации в виде различных раковых и других заболеваний. Поэтому не нужно никакой пропаганды или идеологической информации, чтобы понять, насколько опасен этот вид оружия, даже просто при испытаниях. Президент Назарбаев с самого начала понимал, что Казахстан должен следовать другой модели, он должен быть признан членом мирового сообщества, иметь хорошие отношения со всеми, кто хочет дружить с этой страной, и способствовать нашему процветанию через экономические связи с другими странами. В ответ мы должны были отказаться от ядерного оружия. Казахстан был признан всем миром, потому что никто до этого момента в истории не отказывался от такой огромной возможности власти.