Мы тоже были солдатами / Ергазы Турсынханов

В ТАЕЖНЫХ ЛЕСАХ ПЛАЦ ДЕРЕВЯННЫЙ

Лейтенантские будни будущего полковника

Опытный и умелый командир и начальник штаба – таким знают ветерана национальной гвардии, полковника в отставке Ергазы Турсынханова, служба которого, кстати, как и у многих кадровых офицеров начиналась далеко от родного дома. Сегодня Ергазы Кашкенович расскажет про первые и не первые годы своей службы.

С востока на север

Родился я 26 февраля 1960 года в поселке Глубокое, в райцентре одноименного района Восточно-Казахстанской облас­ти. В 1967 году пошел в первый класс. В 1977 году закончил среднюю школу № 1 имени Надежды Крупской в Глубоком. Поступил в Новосибирское высшее военное командное училище ВВ МВД СССР в городе Новосибирск.

В 1981 году закончил училище на «хорошо и отлично», и в дипломе появилась надпись - Командная тактическая. Проучились мы четыре года интересно и с огромной пользой, но про курсантские годы рассказывать не буду, а то вы, дорогие читатели, вдруг подумаете, что мы были не совсем положительными героями. Ведь кадровые офицеры знают, что курсанты идеальными бывают крайне редко – всякое бывало. Могу гордиться главным личным достижением за четыре курсантских года – учился отлично по всем предметам. Юность в погонах с буквой «К» пролетела быстро – наступило выпускное лето.

Когда шло распределение, то думал, что отправлюсь в родной Казахстан. Но мы – люди военные и понимали, что есть правило: «Куда Родина направит». Узнав, что предстоит ехать на север, в таежный край, воспринял новость с грустью. Позже, когда уже прошли первые дни там, то думал – неужели настолько бывает холодно зимой, что мысли могут замерзнуть. Ведь вырос-то я в не южном регионе, но климат был все же мягче.

Так что, после окончания воен­ного училища попал я в отдельный таежный гарнизон, где как в песне поётся «…кругом тайга, одна тайга лишь мы посередине…». Этот батальон относился к отдельной конвойной Тавдинской бригаде, которая была в составе Управления Внутренних войск по Уралу. Начальником
войск тогда был генерал-лейтенант Алекса Николай Тимофеевич.

Здравствуй, суровый край!

Честно признаюсь, первое впечатление от приезда на север стало ошеломляющим: «Куда я попал?». Да, первое место службы не блистало идеальностью, особенно по условиям отдыха и быта. Телевизор не показывает, радио не ловит, кругом все деревянное – дома, казармы, тропинки. Образно говоря, трава – это не трава, и даже строевой плац и тот деревянный. Картина поначалу казалась удивительной – среди деревянных зданий люди идут по деревянным трапам.

Естественно, у человека в погонах должна быть главная мысль – надо выдержать непростые условия и в погоде, и в службе. Не просто быть в хорошем настрое­нии, когда с весны до поздней осени на тебя нападают мошкара и пауты – оводы. Комары нас-
только крупными, злыми и кусачими, что реально казалось – они рвут тебя на куски. «Веселое» лето и хмурую осень сменяла не менее веселая зима с морозами, доходившими до 53 градусов, и я впервые увидел, как от мороза разрывало дерево.

Помню, как нас, новичков, стоявших в строю в линейку, знакомили с суровым краем. Смот-
рит нам в глаза начальник политотдела и говорит, я такой-то. А затем задает вопрос: «Вы хоть знаете и понимаете, куда приехали? Это страна вечного недо … (дальше шло грубоватое слово)».

Так что нас встретили во всей красе господа неудобства, причем они были круглый год. А зимой добавлялось то, что не было теплых туалетов. Правда, был один, но в штрафном изоляторе. И мы туда бегали, применяя житейскую хитрость. Забегаем, а к нам бежит, докладывает прапорщик: «… без происшествий». А нам не до его доклада, мы-то забегали по нужде, лишь бы место было свободным.

Красота природы

Однако надо похвалить северную природу. Кто был, тот знает, что российский север имеет особенную суровую красоту. Довелось увидеть самое настоящее северное сияние – впечатление сильнейшее. Впервые увидел диких лошадей, происхождение которых весьма своеобразное. Говорили, что когда-то вышло специальное постановление, чтобы жили они вольными табунами. Местные совхозы для них косили сено, мол, на случай вой-
ны, и лошади эти сами по себе ходили. В местных лесах обитали не только лоси, но и волки да медведи, так что особо по тайге не погуляешь.

Кстати, писатель-фронтовик Владимир Васильевич Карпов в своей книге «Полководец», рассказывающей про генерала армии Ивана Ефимовича Петрова, приводит такие слова: «Шпалы кончились и рельсов больше нет». Это как раз про те места, где мне пришлось начинать офицерскую службу.

Только вперед

Но для военного человека все трудности преодолимы. Так и началась моя служба в таежном краю, с должности командира взвода. Честно скажу без красивых слов, служебная нагрузка сумасшедшая, особенно в период увольнения личного состава.

Один раз как-то в месяц пришлось 18 раз возглавить караул по охране ЛЗУ помимо этого три раза ответственным по роте. А все остальное как мы беседовали.  Два года прокомандовал взводом, затем ушел на повышение командиром роты. В то время побегов в лесных частях было очень много, только в нашей бригаде их случилось за короткий период времени более сорока.

Коротко о главном

Если чуть подробнее рассказывать об особенностях службы, то наша Тавдинская бригада внутренних войск, будучи отдельной бригадой, расположилась настолько глубоко в тайге, в шестистах километрах северо-восточнее Свердловска (ныне Екатеринбург), что вряд ли бы ее нашли туристы и грибники.

 В этих краях весной и осенью стабильно был мертвый сезон во всех отношениях, особенно в транспортной сфере. Ведь с учетом природного ландшафта, добраться до батальона было крайне нелегко. Поэтому в сложных погодных условиях люди уповали только на вертолет. Летом еще мог выручить теплоход «Заря», а в зимний период - зимник. Так называли специальную дорогу, которая состояла из залитой льдом земли.

В январе 1982-го года Тавдинская бригада была включена в Свердловскую дивизию, в состав которой входили еще две лесные бригады – Ивдельская и Сосьвинская, а также Нижнетагильский полк и Свердловский головной полк. Командиром дивизии был назначен генерал-майор Скурихин Владимир Николаевич.

Первым моим командиром бригады был подполковник Файков Анатолий Матвеевич. Очень грамотный, требовательный и справедливый офицер. В последующем стал командиром Челябинской дивизии. Воспитывал в нас, молодых офицерах правильные черты характера. Это порядочность, честность, требовательность, и обязательно справедливая забота о личном составе.

Теперь это в памяти, что для меня родным домом в самом начале офицерского пути стал отдельный батальон в бригаде, в котором было девять взводов. Могу гордиться тем, что с самого начала службы мне повезло на командиров, ставших для меня настоящими наставниками. 

Помню, как постоянно каждый месяц шло подведение итогов, на котором оценивали каждый взвод по всем главным параметрам. Я всегда хотел, чтобы мой взвод был лучше других и поэтому старался изо всех сил. Благодаря усилиям всего личного состава, наш взвод целых два года держал лидерство и уверенно занимал передовые позиции. Много раз завоевывали первое место, и меня считали командиром отличного взвода.

В этом же батальоне я был назначен секретарем комсомольской организации. Кстати, в январе 1982 года стал участником I-го комсомольского собрания управления внутренних войск по Уралу, на котором выступил с докладом. Выступил настолько прекрасно, что меня заметили в хорошем смысле.

Да, со службой в ставшем для меня первым и родным, батальоне было много запоминающегося.

Простыни и банка воды

Все знают, что конвойным подразделениям скучать некогда – надо быть всегда начеку. Случались разные попытки бегства заключенных, но мы их предотвращали. Расскажу о двух таких случаях. Помню, был обычный морозный декабрьский день 1981 года. И приходит новость о побеге - через основное заграждение лесобиржи (производственный объект) пытались бежать трое особо опасных рецидивистов. Покинуть свой «тюремный дом» им удалось с помощью обычных простыней.

Однако хитроумные планы и наглая дерзость не помогли бег-
лецам. Умелыми и решительными действиями мой заместитель командира взвода старший сержант Иван Василенко и рядовой Алмазбек Чекморов прервали побег. Воины открыли огонь и зас-
тавили осужденных лечь на землю, причем одного ранили. Вскоре подбежала резервная группа, и преступников отправили, куда следует.

Второй случай произошел в канун Нового года. Я тогда с 30 на 31 декабря 1981 года был начальником караула. Вместе с моим помощником младшим сержантом Сержаном Хамидуллиным нам удалось предотвратить дерзкий побег преступника.

Осужденный пошел на ухищрение – спрятался в бочке емкостью 130 литров, которую перевозили через КПП колонии. Она была заполнена полностью водой и вряд ли могла вызвать подозрение. Но мы, конвойники должны обладать многими полезными качествами, в т.ч. и чутьем. Поэтому я не поленился и стал внимательно осматривать эту бочку.

Когда СРСник сказал, что это обычная бочка с водой, то я подумал, а почему из жилой зоны вывозят воду, а не наоборот. Что-то тут не так. В бочке была очень маленькая дырочка, через которую ничего не видно, вода и есть вода. И тогда пришла мысль потрясти эту здоровенную емкость. И когда мы ее трясли, то почувст­вовали что-то не так, как будто внутри бочки имеется какой-то большой предмет.

Я вызвал дежурного помощника начальника колонии и двух контролеров, которые начали вскрывать бочку. Выбили кольца и отогнули доски. И тут на тебе явление – в бочке сидит осужденный ростом всего 145 см. Мужичок с ноготок держал в руках литровую банку воды и смотрел в нее. Эта баночка создавала иллюзию для тех, кто всматривался в маленькую дырочку в огромной бочке, что там только вода и никого нет. Вот так мы пресекли хитроумный побег.

Пойманного отправили в штрафной изолятор. Ну, а я себя, естественно, почувствовал героем. За раскрытие преступного замысла и предотвращение побега вручили знак «За отличие в службе» I степени.

Так что служба в первые годы, да и всю жизнь шла очень интересно.

Морг и камера как аргументы

С вашего позволения, уважаемые читатели, отойду немного от регламента рубрики «Мы тоже были солдаты» и расскажу еще про два случая, когда мы, молодые лейтенанты, стали старшими офицерами и нам доверили подразделения более высокого уровня.

Воспитывать личный сос­тав нелегко, как и управлять им и направлять на выполнение служебно-боевых задач. Но главное здесь – стремление к совершенст­ву.

Будучи командиром воинской части в середине 90-х годов в городе Темиртау, однажды столкнулся с таким случаем, когда солдат сказал напрямую всем: «Совершу суицид», и постоянно пугал всех подряд таким громким заявлением. Неприятная новость быстро дошла до меня. Провел с ним беседу – задал воп­рос: «Что тебе не хватает?». Ответ был краток: «Не хочу жить».

И я вспомнил, как я был когда-то в морге. Посещение мрачного заведения запомнилось тем, что неожиданно отключили свет. Жуткая картина – находиться в темноте, в одном помещении с трупами бомжей, в которых копошатся черви. Такое не забудешь.

После секундного воспоминания того мрачного визита, решение вопроса с «кандидатом в самоубийцы» созрело сразу – надо свозить «героя» на экскурсию в настоящий морг. Результат стал ожидаемым – парень, извините за простой язык, стал рыгать. И на десерт я добавил ему: «Ты думаешь, что будешь красоваться в цинковом гробу? Нет, ты будешь лежать с червями, которые будут с превеликим удовольствием пое­дать твое молодое тело». Таким кардинальным методом мы вылечили юношу от дурных мыслей. Отслужив хорошо свой срок, герой вернулся домой здоровым и невредимым.

Кулак – не метод

Расскажу и про второй случай, когда мы также применили неординарный метод воспитания солдат. Тогда я был командиром воинской части 5570, когда она располагалась еще по Астраханской трассе (точный адрес – улица Оренбургская, 42).

Однажды до меня дошла информация, что один из военно­служащих срочной службы, стал нагло пользоваться физическим превосходством – рост 190 см и кулаки, образно говоря, весом по 10 кг, причем без ногтей. «Большой мальчик» докапывался до других солдат, точнее, издевался над ними. С «богатырем» сержанты и офицеры неоднократно проводили воспитательные беседы с целью, чтобы он отстал от ровесников. Однако антигерой правильных выводов не делал и продолжал бить срочников, но уже исподтишка. Из-за страха вновь «получить», юноши молчали. Естественно, мы, офицеры не могли терпеть казарменное хулиганство, требовались срочные и серьезные меры.

И мне в голову пришла вроде бы простая, но жизненная идея. Дело в том, что мой заместитель по ВСПР подполковник Николай Заичко ранее проходил службу в воинской части 6636, которая выполняла служебно-боевые задачи по охране исправительного учреждения. Поэтому мы поручили ему договориться с начальником колонии о проведении специаль­ного мероприятия. Нет, это не учение и не спецоперация, а простая экскурсия вовнутрь колонии.

Специально подготовили личные дела бывших военно­служащих, которые были осуждены ранее за рукоприкладство к сослуживцам и содержались в местной колонии. И когда «супермен», познакомившись с личными делами и самими осужденными, испытав самый настоящий шок, то пришел с экскурсии сов-
сем другим человеком. В том плане, что пересмотрел свое поведение. Солдат горячо пообещал мне и заместителю по ВСПР, что больше никого не обидит.  Вскоре мы все убедились, что он сдержал обещание, действительно успокоился и даже стал защищать молодых солдат, если возникала негативная ситуация в воинском коллективе. 

Где, когда и кем

Закончу свое повествование кратким перечислением основных этапов служебного пути.

С 1981 по 1987 год, как я уже говорил, служил в тавдинской бригаде. Затем в 1987-1990 годах был командиром роты в Балхаше. Кстати, наша рота в 1988-1989 годах была признана лучшей ротой в масштабе внутренних войск МВД СССР в сфере быто-
устройства. Мы добились, что для личного состава были отличная баня, теплица, даже бассейн для солдат, а кроватные спинки были не из железа, а из ДСП, и все что нужно, блестело полировкой.

С 1990 по 1992-й год служил на должности - заместитель начальника штаба воинской части 6505 в городе Караганда. С 1992 по 1994-ый год – начальник штаба этой же воинской части. В 1994-1995 годах – начальник бое­вой подготовки Карагандинской бригады. Затем переезд в соседний город. В 1995-1997 годах –командир воинской части 5516 в городе Темиртау.

В 1997-1999 годах – командир воинской части 5570 в нашей столице. Кстати, самым ярким событием для меня в эти годы стало посещение Первым Президентом Республики Казахстан нашей ­воинской части. Нурсултан Абишевич Назарбаев вручил полку Боевое знамя.

Затем путь лежал на север-восток. В 1999-2001 годах служил командиром воинской части 6679 в городе Павлодар, в 2001-2003 годах – начальник штаба воинской части 6638 в городе Усть-Каменогорск. Потом возвращение в Караганду. В 2003-2005 годах – начальник штаба воинской части 6800 (Карагандинская бригада). Снова сборы в дорогу. В 2005-2008 годах – командир воинской части 6654 в поселке Каракемер. Отсюда меня в марте 2008 года проводили на заслуженный отдых. Вернулся в Караганду, а с 2018 года живу в городе Нур-Султан.

Жизнь продолжается, ведь я активный пенсионер, и идет ­своим чередом. Жена, дети, внуки плюс рыбалка и занятие спортом три раза в неделю в спортзале. Поэтому удается быть бодрым и веселым, чего и Вам, уважаемые читатели, желаю.

Полковник в отставке Ергазы Турсынханов