Меню
Страницы
Контакты
Аппарат акима
Пресс-центр
Документы
Деятельность
Онлайн приемная
gov@nitec.kz

ДЕЛО ЧЕСТИ (из воспоминаний оперработника)

ДЕЛО ЧЕСТИ (из воспоминаний оперработника)

ДЕЛО ЧЕСТИ (из воспоминаний оперработника)

 

2003 год стал для меня знаменательным тем, что мы, наконец, довели до логического финала дело, которое я вел с самого начала своей карьеры.

В том уже далеком 1999 году активно разворачивалась работа по противодействию коррупции среди чиновничьего аппарата. К этому времени государственные и правоохранительные органы уже оправились от последствий развала СССР, пережили ряд масштабных реформ и с каждым годом заметно повышали эффективность своей работы. Но проблем еще оставалось достаточно…

Именно тогда мое внимание привлекла ситуация вокруг объектов государственного материального и мобилизационного резерва. Чутье молодого специалиста подсказывало, что там есть, за что зацепиться.

Я стал пристально и скрупулезно изучать тома учетной документации, оценивать состояние объектов, инициировать мероприятия по организации ревизий государственного имущества. Старался привлекать ответственных экспертов из отрасли. Несмотря на небольшой опыт в органах безопасности, я понимал, что этот вопрос нельзя обделять вниманием.

 

 

Вы спросите, что же послужило причиной моего интереса?

Первым «звоночком» стала информация, полученная от агента: на одном из столичных пунктов отсутствует предусмотренный объем ГСМ. То есть, в ведомостях и других инвентарных документах все в порядке, но вот фактически никакого бензина не было. Масштабы этой халатности или откровенного воровства меня ужаснули, ведь это топливо должно было использоваться в случае непредвиденных чрезвычайных ситуаций.

Позже, дополнительно перепроверив полученные сведения, я убедился в их достоверности и решил продолжить поиск подобных расхождений с другими материальными ценностями. Уже предполагая масштабы хищений, я направил поручения о необходимости изучения данного вопроса во все территориальные подразделения в областях.

Каждый день я получал все больше доказательств своих подозрений. Творящийся бардак на складах государственного материального резерва только подтверждал, что ответственными лицами работа провалена, и в случае наступления критической ситуации последствия будут катастрофическими.

 

 

И ситуация касалась не только топлива. Были установлены факты перепродажи продуктов питания (консервов, макаронных изделий, круп и прочего) из стратегического запаса в некоторые воинские части. Фиксировались фирмы, участвующие в якобы освежении товара, которые фактически не существовали.

И подобным примерам не было конца.

Я рос в семье, где экономия была основным приоритетом, поэтому открывшиеся факты вызвали негодование. Я просто не мог допустить, чтобы такие схемы продолжали работать.

В то время факты преступлений на различных объектах экономики были не редкостью. Но расхищение стратегических запасов, которые, несмотря на тяжелые 90-е годы, старались пополнять и сохранять всеми силами, я воспринял как прямой вызов. И этот вызов был принят.

 

 

Собрав имеющиеся материалы, я подготовил развернутый доклад по всем выявленным фактам, четко осознавая необходимость добиться разрешения руководства на организацию широкомасштабной проверки во всех областях республики. Первое мое большое дело в департаменте стало для меня делом чести.

Благодаря поддержке непосредственного начальника и старших коллег, была получена санкция на проведение комплекса специальных и оперативно-розыскных мероприятий. Материалы о недостаче на пункте хранения ГСМ, с которых началось мое расследование, послужили основанием для возбуждения уголовного дела. Оно стало первым в последующей цепочке расследуемых преступлений.

В рекордные сроки в каждом регионе Казахстана были созданы рабочие группы для организации проверок всех объектов госматрезерва на местах.

Координация всех процессов осуществлялась из Центра, куда стекались все полученные материалы о выявленных недостатках.

 

 

Даже спустя два десятка лет я помню, какой это был тяжелый период. Мы практически жили на работе, забыли слова «сон» и «выходной». Документов было не просто много, они шли нескончаемым потоком. От нас требовалось тщательно рассмотреть и обработать каждый, обобщить их, сделать выводы и доложить руководству для принятия решений. Параллельно велась и процессуальная работа.

В течение нескольких месяцев мы провели проверки порядка 280 пунктов ответственного хранения. Операция стала не просто масштабной, а народной – для решения оперативных задач нам пришлось задействовать десятки агентов и сочувствующих граждан по всей республике.

 

 

Начатую мной, в то время еще молодым офицером КНБ, работу подхватило множество сотрудников. И летом 1999 года начала вырисовываться вся картина совершаемых преступлений. И вот что нам удалось выяснить.

Основным направлением деятельности руководства Комитета государственного материального резерва РК в 1996–2000 годах было восполнение утраченных материальных ценностей и контроль их сохранности.

Однако чиновники эти вопросы активно решали только на бумаге. В действительности же контроль практически не осуществлялся. Кроме того, хранящиеся на складах ценности воспринимались как товар, который можно легко продать, а прибыль положить себе в карман. При этом ликвидная продукция списывалась как испорченная и якобы подлежащая обновлению путем ликвидации.

 

 

В результате склады стояли пустыми, имеющаяся на них продукция не имела надлежащей ценности и в случае мобилизационной или чрезвычайной ситуации не могла покрыть потребности населения и государства.

Масштабы этого «подпольного бизнеса» поражали размахом и циничностью, а наглость и ненасытность современных расхитителей требовали незамедлительного принятия мер.

Тогда мы пошли на решительный шаг – подготовили письмо на имя Главы государства, в котором подробно изложили ситуацию в сфере государственного материального резерва и расписали все угрозы национальной безопасности в случае непринятия действенных мер реагирования.

Направленная информация имела эффект разорвавшейся бомбы. Шокирующие данные о произволе, творящемся на складах госматрезерва, произвели сильное впечатление на Президента Казахстана, а наша работа была высоко оценена. В итоге на одном из заседаний Правительства Глава государства озвучил сложившуюся ситуацию и обрушился с критикой в адрес чиновников.

 

 

Для нас же это была несомненная победа. КНБ получил «добро» на дальнейшие действия на самом высоком уровне, руководство департамента приняло решение о проведении широкомасштабной спецоперации по задержанию и привлечению к ответственности всех виновных лиц.

Мы не стали терять ни минуты и брали участников преступлений по «горячим следам». В течение нескольких недель следственно-оперативные группы провели задержания в Астане и в регионах. Кого-то задерживали прямо в рабочих кабинетах, других – дома, некоторых обнаруживали уже при попытке скрыться от следствия. В те дни много чиновников и сомнительных бизнесменов ощутили холод наручников на своих руках.

 

 

У нас все так же кипела работа. Десятки оперативников и следователей проводили мероприятия по изъятию документации и фиксации улик. Были арестованы счета в банках, отменены многомиллионные сделки.

Всего в период с 1999 по 2003 год Департаментом экономической безопасности КНБ было возбуждено 37 уголовных дел по фактам злоупотреблений и хищения государственного имущества. Установлена недостача материальных ценностей на общую сумму более 160 миллионов тенге (в ценах закладки 1991–1992 годов, при переоценке по среднерыночным ценам указанная сумма возрастала в 1000 и более раз). В местах заключения, помимо руководителей среднего звена, оказались как действующий председатель Комитета государственного материального резерва, так и два предыдущих руководителя.

 

 

Для недопущения повторения подобных фактов были внесены серьезные изменения в законодательство.

Принятые меры позволили выстроить новую систему ответхранения и дали толчок дальнейшему совершенствованию процессов формирования и хранения резерва Казахстана.

Но как бы ни сложилось в будущем, я знаю, что это направление всегда будет под контролем КНБ. Даже когда я уйду на пенсию, следующее поколение продолжит работу по сохранению государственных резервов и не позволит появиться новым расхитителям.

А значит, мое дело будет продолжено.

 

 

 

ПОСЛЕДНЯЯ СДЕЛКА «МАКСИМАЛИСТА»

 

В октябре 2002 года в поле зрения Департамента КНБ по г. Алматы попал иностранный гражданин. По официальным данным, в Казахстан он прибыл для налаживания торгово-экономических связей, но в КНБ на деле стояла окраска «шпионаж».

Объект получил условное имя «Максималист». Он проявлял повышенный интерес к военной технике. На этом и решили сыграть оперативники.

В окружение «Максималиста» был внедрен агент «Тёмный», который под четким руководством оперработника завязал знакомство, а затем и дружеские отношения с «Максималистом».

 

 

Дело пошло хорошо. Уже вскоре объект предложил источнику найти связи в Вооруженных Силах Казахстана для нелегального приобретения специального телеграфного аппарата РТА (шифратора) всех модификаций. Оперативники решили использовать эту возможность.

Очередная контролируемая встреча агента и иностранца проходила в Алматы в начале 2003 года. «Максималист» принес агенту фотоизображение необходимого шифратора. Перед «Темным» иностранец поставил конкретную задачу: найти военнослужащего, который сможет достать аппарат.

 

 

К удивлению оперативников, «Максималист» не скрывал, что оплачивает «дело» посольство его страны, и обещал дальнейшее сотрудничество. В случае успешной сделки иностранец намеревался арендовать агенту квартиру в Алматы для выполнения подобных «заказов».

Тем временем предприимчивый иностранец находился под бдительным присмотром сотрудников КНБ. Выяснилось, что «Максималист» часто приезжает в Алматы как представитель различных компаний. А в его близком окружении оперативники обнаружили знакомых лиц, также подозреваемых в причастности к работе на иностранные спецслужбы.

 

 

В Алматы иностранец чувствовал себя почти как дома, благодаря свободному знанию казахского и уйгурского языков, а также широким связям в среде уйгурской и дунганской диаспор. Именно через них он налаживал связи в правоохранительных, таможенных и налоговых органах южной столицы. Еще одним козырем в руках «Максималиста» было его звание офицера в отставке. Благодаря этому он имел многочисленные контакты среди сотрудников службы погранконтроля.

Сам «Максималист» был не так прост и строго соблюдал меры конспирации. Тщательно выбирал и постоянно перепроверял свое окружение, умело уходил от наружного наблюдения – одним словом, очевидно пользовался методами работы спецслужб. После очередных контактов с источником выезжал в Бишкек, где на тот момент находился резидент военной разведки его страны.

 

 

Зачем же «Максималисту» понадобился именно шифратор РТА-7М? После экспертизы было установлено, что под гриф «Секретно» шифратор не подпадает, однако используется для организации закрытой связи в комплексе с дополнительной приставкой, которая, в свою очередь, является секретной. По заключению комиссии Министерства обороны, техническое описание и инструкция по эксплуатации приставки – аппарата Т-206-3М1 имеют грифы «Совершенно секретно» и «Секретно» соответственно. Утрата этой аппаратуры или технического описания к ней приведет к разглашению сведений об алгоритмах закрытия информации.

 

 

Таким образом, версия о причастности объекта именно к военной разведке подтверждалась. Это объясняло и его желание установить неофициальные контакты с нашими военнослужащими, и сбор секретных сведений военного характера.

На данном этапе было принято решение о вводе в оперативную игру другого конфиденциального помощника из числа военнослужащих. Параллельно планировался вывод агента «Тёмного», имевшего близких родственников на родине «Максималиста», которым в случае разоблачения могла грозить серьезная опасность.

 

 

Новым игроком стал агент «Кайра», специалист по связи одной из войсковых частей Алматинского гарнизона. Для дальнейшей операции контрразведчикам пришлось осуществить взаимную расшифровку агентов, что происходит крайне редко. Несколько месяцев агентов проверяли на психологическую совместимость, тщательно отрабатывалась легенда их знакомства и линия поведения, особенно при совместных контактах с «Максималистом».

Вопреки опасениям, внедрение «Кайры» прошло успешно. Однако «Максималист» не терял бдительности и в ходе последующих встреч с ним подробно интересовался его личными данными: местом рождения, образованием, родственными связями, материальным положением, занимаемой должностью, местом дислокации войсковой части и прочим. Выяснив, что источник является уроженцем Алматинской области, перепроверял достоверность сведений через свои связи среди жителей Талдыкоргана, подстраивал «случайные» встречи с ним в городе.

 

 

В большинстве случаев на встречи с агентом иностранец приходил с опозданием на 30–40  минут, а иногда и вовсе переносил их в последний момент. Очевидно, что и здесь «Максималист» проверял нового источника, вел контрнаблюдение.

Такой же осторожности «Максималист» требовал и от нового «друга». «Кайре» он давал четкие предписания по поводу выполнения своих просьб, требовал неукоснительно соблюдать отработанную «заказчиком» линию поведения и категорически запрещал обсуждать подробности по телефону. По особо важным моментам «Максималист» выезжал на родину для консультации с руководством.

Неудивительно, что и механизм передачи шифратора иностранец продумал до мелочей, без личного участия. Он планировал арендовать квартиру в одном из густонаселённых районов Алматы и передать ключи источнику. В назначенный день «Кайра» должен привезти шифратор в эту квартиру, после чего закрыть дверь и приехать в банк, где «Максималист» передаст ему деньги в обмен на ключи.

 

 

В конце марта 2003 года на встрече с «Кайрой» иностранец в очередной раз отметил, что аппарат должен быть исправным, со всеми проводами и инструкцией по его эксплуатации. На высказанные опасения агента «Максималист» заявлял, что он человек надежный, прибор в обязательном порядке будет вывезен за границу и на территории Казахстана использоваться не будет. В целях конспирации иностранец пообещал купить источнику новый сотовый телефон, а непосредственно перед сделкой заменить сим-карты.

Приближалась дата проведения операции. «Максималист» стал еще более осторожным, часто менял адреса проживания, переносил запланированные встречи, тщательно подбирал места для очередных явок, сужал круг общения. Сигналом к тому, что скоро состоится кульминация проделанной работы, стало то, что объект передал «Кайре» новый телефон и поощрил солидным денежным вознаграждением. Агент получил письменные указания по предстоящей передаче аппаратуры и схему расположения квартиры для детальной проработки путей отхода. Все эти материалы в последующем будут использованы в качестве вещественных доказательств.

 

 

После оценки возможного ущерба отношениям двух стран, в КНБ приняли решение о проведении завершающего этапа оперативно-розыскных мероприятий. Объект должен быть пойман с поличным.

27 октября 2003 года «Максималист» прибыл на очередную встречу с «Кайрой» в сопровождении ещё одного соотечественника, гражданина Казахстана, уйгура по национальности, которого представил своим переводчиком. В последующие два дня «Максималист» и его «переводчик» поочерёдно обсуждали с «Кайрой» условия получения копии секретной инструкции и пути её вывоза за рубеж через Кыргызстан. Источнику описывали дальнейшие перспективы сотрудничества, в том числе по другим образцам военной техники.

 

 

День «икс» настал 29 октября 2003 года. При попытке получения секретных материалов к изделию «Т-206-3М1» «Максималист» и его подельник были задержаны с поличным на глазах у официального представителя спецслужбы их страны. Последнего заблаговременно вызвали к месту задержания для демонстрации свершившегося факта преступления. Таким образом, сотрудники КНБ четко довели позицию о недопустимости шпионской деятельности в Казахстане.

 

 

Собранных данных оказалось достаточно, чтобы возбудить в отношении «Максималиста» и его подельника уголовные дела по статьям «Шпионаж» и «Государственная измена» соответственно. Под воздействием весомых улик и осведомленности следствия о жизни и преступной деятельности обвиняемых, они в итоге дали признательные показания.

 

 

Дело «Максималиста» рассматривалось в Военном суде. Иностранец подтвердил факт шпионской деятельности на территории Казахстана. К концу следствия под тяжестью доказательств и его казахстанский подельник признал, что оказывал добровольную помощь шпиону в сборе секретной информации, а также неоднократно встречался с сотрудниками иноспецслужбы, которые отрабатывали ему задания по сбору информации об обстановке в Казахстане.

27 апреля 2004 года приговором Военного суда войск РК за шпионаж и государственную измену «Максималист» и его «переводчик» были осуждены к 13 и 10 годам лишения свободы соответственно. Так завершилась последняя сделка «Максималиста».

 

 

 

ДОРОГА В НИКУДА…

 

Астана, 31 июля 2004 года, здание КНБ. Несмотря на раннее утро, в кабинетах Департамента антитеррора звучит настойчивая телефонная трель. На проводе руководство. Дана команда срочно быть готовым к вылету вместе с Председателем КНБ и группой экспертов в г. Шымкент. Далее надо было ехать в Ташкент для встречи на уровне руководителей правоохранительных органов Узбекистана.

Цель поездки – проверка совместно с узбекскими коллегами неправдоподобной, на первый взгляд, информации: граждане Казахстана днем ранее якобы совершили теракты в соседнем Узбекистане.

Никто в это не верил. Не могли граждане благополучной страны взорвать себя на территории другого государства, к которому не имели никакого отношения. Непонятными были цель, мотивы действий.

 

 

К 2004 году Казахстан поддерживал стабильный экономический рост. Развивались предприятия, открывались школы, больницы, социальные объекты. Из года в год улучшалось благосостояние граждан.

Верующие жители нашей республики не испытывали никаких проблем. Строились мечети, с каждым годом росло количество посещающих их сограждан.

Надо сказать, что в тот период преобладающая часть населения Казахстана не отличалась религиозностью. В газетах, общественных изданиях по этому вопросу публиковались соответствующие оценки и выводы.

Казахстанские эксперты единогласно сходились во мнении об укоренении в верующей среде страны принципов «степного ислама», который не приемлет фанатизма и радикализма.

Аргументированный подобными стереотипами скептицизм сохранялся у членов бригады, выехавших в столицу Узбекистана, только до посещения ташкентского морга и осмотра места терактов.

Собранный следствием в первые же сутки материал не оставил и тени сомнений: 30 июля 2004 года возле зданий посольств США, Израиля и Генеральной прокуратуры Узбекистана подорвали себя три гражданина Казахстана. Двое – из них жители Тараза, еще один из Семея. По отпечаткам пальцев криминалисты установили их личности.

Чтобы продемонстрировать силу взрывов, узбекские коллеги отвезли сотрудников КНБ в здание Генеральной прокуратуры. В холле, в стену из мрамора был полностью «впечатан» огромный болт. Это был поражающий элемент. Забегая вперед, отметим, что там его и оставили.

Следующие несколько месяцев запомнились сотрудникам следственно-оперативной группы КНБ бесконечной работой, без сна и отдыха.

 

 

Оперативно-розыскные мероприятия проводились практически одновременно в десятке регионов Казахстана, а также Узбекистане и Кыргызстане.

Ежедневно поступала информация, которую нужно было срочно проверить и обработать. В списках подозреваемых числились сотни наших и иностранных граждан. Напомним, это была эпоха бумажных документов, без современных технических удобств, вроде Интернета и WhatsApp-мессенджера.

Отсутствие четких фотографий на руках затрудняло опознание подозреваемых среди жителей отдаленных аулов. Факсимильные распечатки сильно искажали лица.

Имелись смутные и противоречивые представления об организаторах терактов, известных под кличками «Козок-ака», «Коке» и других. Только через некоторое время удалось установить, что под этими псевдонимами скрывается один человек.

 

 

Фигурант и его подельники постоянно меняли адреса. Переписывались только в Интернете. Технические возможности не всегда позволяли перехватывать разговор или переписку. Звонили только с телефонов-автоматов.

Помогла старая рабочая поговорка опытных оперативников: «Шерше ля фам».

Перебирая множество фотографий и адресов, остановились на жительнице Южно-Казахстанской области. Как оказалось, она училась в одной сельской школе с одним из сотрудников КНБ.

По оперативному везению, собрать всю информацию в сжатый срок, без лишнего шума не составило большого труда.

 

 

Вот только после длительных бесед стало понятно, что «Козок-ака» уже долгое время имел еще одну мусульманскую жену. Общался только с ней.

Складывался стереотип, что им должен быть обязательно симпатичный молодой человек. Легкий в общении, умеет флиртовать с женщинами, имеет несколько жен. Как выяснилось уже позже, относительно внешности мнение было ошибочным.

Время шло. Появилось мнение о том, что объект мог уйти за границу и его уже не найти. Начался третий месяц безрезультатного розыска.

Составлялись новые и новые фотороботы. Имевшаяся на тот период программа использовала фрагменты лиц европеоидных лиц. Искажения были существенные.

Следствие зашло в тупик. Все имевшиеся связи от первой жены к «Козок-ака» устарели и были оборваны. О второй жене было известно лишь то, что она была молодая и красивая, жила в Шымкенте, внешне похожа на «городскую».

В многотомных делах имелись сведения о разных девушках. Кто-то просто читал намаз, другая студентка, третья торговала на рынке либо по иным обстоятельствам попала в поле зрения.

 

 

Брат одной из девушек, подозреваемой в связи с организатором теракта в столице Узбекистана, работал в правоохранительных органах. Трудно было представить, что именно она и выведет следствие на преступника.

Чуть позже станет понятно, что эта девушка является второй женой вероятного организатора терактов.

Буквально через час были получены ее данные.

Проведенные оперативные комбинации вынудили «Козок-ака» связаться со второй женой и прийти в назначенное место, где он был и задержан.

Как оказалось, «Козок-ака» на самом деле обычный сельский парень, уроженец Кыргызстана, Жакшыбек Биймурзаев.

 

 

Ничем не примечательный, с тихим голосом, никакой харизмы.

Никто в этом простом парне не смог бы угадать настоящего «моджахеда», который с 1990-х годов увлекся религией, а затем воевал в Таджикистане и Афганистане.

По сути, по уровню своей подготовки он без преувеличения входил в топ-20 наиболее опасных террористов «Аль-Каиды».

Высокий уровень знаний в исламе и психологии позволяли ему вербовать молодых парней и девушек буквально с первой беседы. Через две-три недели плотного общения с Биймурзаевым многие из них были готовы к «шахидству», чем он и пользовался.

После задержания главного организатора еще два месяца продолжалась работа по «зачистке» оставшихся связей и пособников в Алматы, Алматинской, Восточно-Казахстанской, Жамбылской, Павлодарской Южно-Казахстанской и других областях, а также Узбекистане и Кыргызстане.

Всего было установлено 27 завербованных членов. Граждане Узбекистана, Казахстана, Кыргызстана и России. В декабре 2005 года 16 из них были осуждены на длительные сроки лишения свободы.

 

 

Разработка лидеров группировки в Афганистане и Пакистане продолжилась.

Ликвидация такой крупной межгосударственной террористической группировки, как «Жамагат» моджахедов Центральной Азии», позволила устранить условия для ее дальнейшего укрепления и предотвратить другие масштабные террористические акты сначала в Узбекистане и Кыргызстане, а затем и в Казахстане.

 

 

ЕГО ПОДВИГ СЛУЖИТ ПРИМЕРОМ

 

Курсов «Подготовка к подвигу» не бывает,

просто работай как должно.

Ю. Батурин «Властелины бесконечности»

 

Еще в 90-годы прошлого века Служба «Барлау» КНБ располагала сведениями о концентрации радикалов-выходцев из Центральной Азии, в том числе Казахстана, в афганско-пакистанском приграничье, где джихадисты в местных лагерях боевиков проходили религиозную и военную подготовку.

Планы террористов, в пропагандистские сети которых попались и казахстанские граждане, несли непосредственную угрозу безопасности региона и нашей страны.

 

 

Первичная разведывательная информация не позволяла составить четкой картины по личностям казахстанцев, зараженных идеями, губительными для нашей Родины, и местам их дислокации. Аналитики «Барлау» осознавали необходимость принятия срочных мер для локализации этой угрозы.

Аналитическим центром, куда вошли закаленные в оперативных баталиях полковники и обладающие незаурядными аналитическими способностями лейтенанты, был экстренно разработан план операции «Айсберг». Разработчики, изучив накопленную информацию, решили пойти по выверенному разведывательной практикой пути. Определили конкретных исполнителей плана, провели распределение ролей. Немаловажное значение в реализации задуманного имели подготовленные и вновь подобранные агенты.

Тщательно выстроенная казахстанскими разведчиками зарубежная агентурная сеть начала направлять в Центр ценную информацию о местах расположения лагерей подготовки, составе группировок и методах обучения боевиков. Эти сведения послужили триггером для запуска активной фазы разведывательной операции «Айсберг» по засылке агентуры в стан террористов, в том числе через территорию сопредельных стран. При этом для организации и координации их деятельности требовалось непосредственное присутствие разведчика в разведываемой среде.

 

 

Ставка была сделана на опытного оперативного работника Сапаргали Уктаевича Аубакирова, который ценой собственной жизни смог решить поставленную Родиной задачу. Для исполнения оперативного замысла Аубакиров был направлен в одну из стран Южной Азии.

В ходе агентурно-разведывательной деятельности в среде террористических группировок он успешно провел ряд операций по добыче оперативно значимых сведений о гражданах Казахстана, имевших теологическое образование и примкнувших к идее мирового джихада.

Разведчику удалось выйти на группу центральноазиатских джихадистов, вынашивавших планы по организации и осуществлению терактов в государствах нашего региона. Ценная информация была своевременно передана в Центр. Это позволило помешать радикалам, планировавшим акции, которые могли привести к гибели десятков жизней мирных граждан.

 

 

В январе 2005 года подполковник Аубакиров, сорвавший смертельно опасные замыслы членов международной террористической организации «Исламская партия Восточного Туркестана», при проведении одной из активных фаз разработки погиб от рук радикалов. Террористы, лишившие жизнь казахстанского разведчика, в тот момент не осознавали, какую фатальную ошибку совершили.

После получения Центром информации об убийстве террористами заслуженного разведчика в экстренном порядке по тревоге был поднят весь руководящий и оперативный состав СВР КНБ. В рамках специального созванного совещания была обсуждена трагическая ситуация. Тело Сапаргали Аубакирова специальным бортом было доставлено на Родину, где с офицерскими почестями было предано родной земле. Перед могилой Сапаргали Аубакирова коллеги, остро переживавшие его утрату, поклялись найти убийцу и отомстить за его смерть.

 

 

Специально созданная из опытных оперработников и молодых разведчиков группа, в рамках отдельной разведывательной операции под условным наименованием «Нысан» приступила к поиску всех лиц, причастных к убийству Сапаргали Аубакирова. По крупицам были восстановлены последние дни жизни офицера, проведен тщательный анализ всех его контактов, установлены и привлечены к ответственности причастные к его убийству лица.

За проявленное мужество и отвагу Указом Президента РК разведчик награжден орденом «Даңқ», приказом Председателя КНБ почетной наградой органов КНБ – нагрудным знаком «Қазақстан Республикасы Ұлттық қауіпсіздік комитетінің құрметті қызметкері» посмертно.

 

 

Подвиг Сапаргали Аубакирова стал примером следующим поколениям оперативных работников и послужил стимулом в совершенствовании форм и методов работы при внедрении в среду террористов, выявлении их конспиративных ячеек. Его вклад в дело борьбы с терроризмом положительно повлиял на становление нового поколения разведчиков и формирование стратегии, результаты которой в настоящее время позволяют получать превентивную информацию и своевременно пресекать действия террористических структур. Постоянно расширяется и география мест, где ведется контртеррористическая деятельность. На сегодняшний день это уже не только афгано-пакистанская зона, но страны Ближнего, Среднего Востока и Северной Африки.

Аубакиров Сапаргали Уктаевич родился 22 января 1959 года в совхозе Куйбышева Ермаковского района Павлодарской области. Весь его жизненный путь был пронизан идеями служения Отчизне, защите родных и близких.

 

 

В школе № 8 г. Павлодара, которую он окончил, учителя отмечали, что он был лидером класса и своими успехами в учебе был примером для одноклассников.

После окончания школы работал резчиком механосборочного цеха опытно-экспериментального Павлодарского завода «Октябрь».

Его увлекали книги об истории нашей Родины и подвигах прошлых поколений. Но больше всего он ценил беседы с ветеранами и родными, прошедшими горнило войн, перепавших на долю нашей страны, о личностях, которые сражались и сберегли нашу землю для следующих поколений. Уже тогда он понимал, что хочет служить Родине и защищать ее от внешнего врага.

Срочную службу проходил на морском флоте. Среди сослуживцев слыл душой компании, своим звучным голосом и игрой на гитаре скрашивал армейские будни. Его ценили за верность и готовность подставить плечо в трудные минуты. Во время службы на флоте закалился мужской характер.

После срочной службы в рядах Вооруженных сил СССР он трудился на Павлодарском тракторном заводе. Успехи Сапаргали Аубакирова в работе, активная жизненная позиция обратили на себя внимание органов КГБ ССР, и перспективный парень из числа представителей рабочей молодежи был направлен на учебу в Высшую школу КГБ СССР имени Ф. Э. Дзержинского.

Во время учебы в Высшей школе он реализовал свою мечту – создать крепкую семью. Сапаргали познакомился со своей будущей супругой Тогжан и на последнем курсе сделал ей предложение.

 

 

По завершении обучения он служил в контрразведывательных и разведывательных подразделениях органов КГБ СССР-КНБ РК.

Коллеги отмечают, что он был яркой личностью, способной сочетать умение выполнять дипломатические и разведывательные задачи.

 

«Судьбой мне было даровано счастье встретить Сапаргали, чей ум, доброта и честность всегда восхищали меня, ведь это такой набор качеств, которые редко встречаются в одном человеке.

Переживая по сей день горечь потери любимого человека, понимаешь, что в этой жизни каждый человек рождается для какого-то дела. Выбрав свой путь, Сапаргали все свои силы и умения отдавал своему долгу чести, делу служения своей Родине, родной земле, а значит, и самым близким и родным тебе людям…»

 

Из воспоминаний Тогжан Аубакировой,

супруги С. У. Аубакирова

 

 

ОПЕРАЦИЯ «ТРЕСТ», ИЛИ ПОД ПРИКРЫТИЕМ ИСТИННОЙ ВЕРЫ

 

Фанатики готовы уничтожить мир, чтобы

спасти его от того, чего сами не понимают.

Мариан Добросельский

 

В начале 1990-х, после обретения Казахстаном Независимости, зарубежные аналитики высказывали мнение: жесткость советской власти была единственным фактором, препятствовавшим распространению в Центральной Азии агрессивных течений ислама. Резкое ухудшение жизни населения, идеологический вакуум и ослабленные границы благоприятствовали росту влияния радикалов. Эксперты сомневались, что молодые государства смогут противостоять религиозному экстремизму.

 

 

Одной из первых расколоть казахстанское общество по религиозному признаку попыталась экстремистская организация «Хизб-ут-Тахрир» (ХТ), зародившаяся в 1953 году в арабских странах с целью объединения мусульман всего мира и построения исламского Халифата. «Партия» прошла сквозь десятилетия, сохранив свой радикальный настрой. Большинство стран мира, столкнувшихся с ней, объявили ее вне закона, кроме Великобритании, в столице которой спокойно функционирует штаб-квартира «Хизб-ут-Тахрир».

Первые признаки деятельности приверженцев «хизби» были зафиксированы в нашей стране в конце 2000 года. Организатором и идейным вдохновителем стал гражданин Узбекистана по прозвищу «Абдулла Кары». Он завербовал в ряды ХТ группу жителей Туркестана и Кентау. Довольно быстро под влиянием «хизбутчиков» оказался почти весь юг Казахстана.

 

 

При этом тактика их действий предусматривала тщательное соблюдение мер безопасности. Сборы «халок» – первичных ячеек – проводились только на конспиративных квартирах. Адепты подвергались тщательной проверке. Для идеологической обработки использовалась экстремистская литература, которая поставлялась из-за рубежа и размножалась в подпольных типографиях. Пропагандистские тексты переводились на местные языки: казахский, русский, узбекский.

Наиболее массовой формой идеологической работы до эпохи смартфонов были листовки. В них через призму идеологии ХТ в максимально доступной форме разъяснялись особенности текущей социально-политической ситуации в Казахстане, ясное дело – с критическим уклоном. Делался однозначный вывод о том, что во всех социально-экономических проблемах виновата «неверная» власть. В качестве панацеи от всех проблем предлагалось создать «халифат», антигосударственные призывы щедро сдабривались антиамериканскими и антисемитскими лозунгами.

Листовки в огромных количествах распространялись в мечетях, на рынках и в других общественных местах. Несмотря на внешнюю примитивность информационной работы радикалов, она оказалась вполне эффективной и ощутимо влияла на настроения наиболее уязвимых слоев населения.

 

 

В марте 2004 года в Узбекистане произошла серия крупных терактов, в организации которых Ташкент обвинил «хизбутчиков». Спасаться от преследования узбекских властей «партийцы» и сочувствующие «хизби» граждане Узбекистана решили в Казахстане. В республику буквально хлынул поток скрывающихся от правосудия.

 

 

Оперативная обстановка резко осложнилась.

Экстремисты осмелели, широкий общественный резонанс получили проведенные ими публичные шествия и митинги в Алматы и Южно-Казахстанской области.

Внешний мирный характер этих акций вводил в заблуждение только обывателей. В Комитете уже располагали данными о готовности лидеров «Хизб-ут-Тахрир» начать вооруженный «джихад» по мере накопления сил, понимали серьезность ситуации и предпринимали меры по нейтрализации угрозы.

 

 

В частности, за короткое время удалось обнаружить и ликвидировать ряд ячеек организации в Алматы, Шымкенте, Кентау. Была прекращена деятельность 10 подпольных типографий, осуждено более 20 членов «хизби».

 

 

Однако полностью нейтрализовать деятельность ХТ не удавалось.

Словно мифическая гидра, несмотря на отсеченные головы, деятельность ХТ регулярно возобновлялась. Более того, деятельность ее эмиссаров была зафиксирована в регионах, считавшихся нерелигиозными: Акмолинской (включая столицу), Павлодарской и Карагандинской областях. Скорость и масштабы распространения радикальной идеологии были такими, что угроза превращения через 2-3 года Казахстана в региональный центр «Хизб-ут-Тахрир» представлялась вполне реальной.

В этих условиях на основе тщательного анализа ситуации в начале 2006 года 3 Департамент (в лице заместителя начальника Департамента полковника Т. Б. Белесова) поставил вопрос о необходимости существенного изменения тактики борьбы с ХТ.

По мнению инициатора предложения, требовалось отказаться от разрозненного пресечения локальных проявлений деятельности «хизби».

 

 

Вместо этого предлагалась одновременная нейтрализация всей верхушки организации: от руководителя низовой ячейки до лидера в Казахстане. В соответствии с замыслом, ни один «мосул», «накиб» или «амир» не должен был уйти от ответственности и получить возможность для восстановления структуры «партии».

После бурного обсуждения инициативы руководство Комитета с ней согласилось. И сделало важное дополнение: в целях обеспечения длительности эффекта расширить границы будущей операции, подключив к ней партнеров из Узбекистана и Кыргызстана.

Проработка различных аспектов мероприятия заняла 3 месяца и началась в мае 2006 года под кодовым названием «Трест».

 

 

Задача была архисложной, предложенные для успешной реализации подходы никогда ранее не применялись. Пришлось полностью поменять систему планирования и отчетности, отказаться от действовавшей на тот момент системы оценки работы по количественным показателям. Полковником Белесовым была предложена разработка единых оперативных замыслов, обеспечивших согласованность, однонаправленность и специализацию мероприятий.

Особую сложность представляло обеспечение координации действий значительного количества подразделений, действовавших не только в разных регионах Казахстана, но и за рубежом. Синхронизация усилий во многом обеспечивалась за счет усилий оперативной группы 3 Департамента во главе с полковником Т. Белесовым. Ее участники буквально жили между столицей Казахстана, Ташкентом, Бишкеком и Ошем.

 

 

Колоссальные усилия участников операции дали результат.

Первый этап фактически был подготовительным. За несколько месяцев была решена задача оперативного контроля основных функционеров и активистов ХТ: установлены механизмы функционирования ячеек и маршруты доставки литературы. Особое внимание было уделено курьерам, все места проведения сборов ячеек были оборудованы техническими средствами аудио- и видеоконтроля.

 

 

К заключительному этапу готовились заблаговременно. Задержание каждого члена ХТ предусматривало создание отдельной группы, в состав которой входили оперативники-разработчики, следователи, сотрудники «наружки» и «технари», спецназ. Каждый участник четко знал перечень выполняемых действий, порядок и формы доклада.

Команда Центра приступить ко второму этапу операции была дана только после создания полной картины противоправной деятельности руководителей и членов организации.

Ранним утром 7 декабря 2006 года оперативные группы КНБ в Алматы, Астане, Караганде, Павлодаре, Экибастузе, Таразе, Кызылорде, Байконыре, Аральске, Кентау и Сарыагаше приступили к реализации активной фазы операции.

 

 

Многомесячная кропотливая работа спецслужбы дала свои результаты: практически одновременно были задержаны 73 лидера и активных участника «Хизб-ут-Тахрир».

Вместе с кыргызскими партнерами в Оше были задержаны руководитель информационного центра организации по Центральной Азии, гражданин Узбекистана О. Муминов и лидер партии по региону, гражданин Кыргызстана М. Мамасадыков.

 

 

Глобальная цель операции «Трест» – нейтрализация экстремистского подполья «Хизб-ут-Тахрир» в Казахстане – была успешно достигнута.

По результатам расследования из 73 задержанных 24 были привлечены к уголовной ответственности за участие в экстремистской организации, еще 15 – за разжигание религиозной розни. По остальным принято решение ограничиться комплексом мероприятий по склонению к отказу от членства в партии.

 

 

Мощный удар, нанесенный КНБ религиозным радикалам, имел многолетний предупредительный эффект. Несмотря на предпринятые попытки, организация не смогла восстановить свое влияние в Казахстане.

Необходимо отметить, что бесценный опыт проведения операции «Трест» до настоящего времени применяется в оперативной деятельности по противодействию международному терроризму и религиозному экстремизму.

 

 

ДЕЛЬЦЫ НА РАДИАЦИИ

 

Дело, которое долгое время хранилось под грифом «Секретно», сотрудники самих спецслужб между собой прозвали «Урановой сделкой». Лишь спустя 12 лет в Департаменте КНБ по Павлодарской области раскрыли детали этой оперативной разработки. Чтобы задержать крупную преступную группу, офицерам национальной безопасности пришлось внедриться в ее состав и даже пожертвовать своим здоровьем.

В начале 2010 года сотрудники департамента столкнулись с необходимостью изучения мировых цен на уран. Тогда в их руки попала оперативная информация о том, что некие люди намерены вывезти из Казахстана урановые таблетки, чтобы продать их. Как вспоминает Михаил Селевенко, в то время начальник управления территориального органа, ему и его коллегам пришлось погрузиться в рынок, где торгуют не одеждой или золотом, а радиоактивными материалами.

«Для многих из нас подобный опыт был первым. Самое главное, что урановые таблетки – специфичный товар, на который не так просто найти покупателя. В нашем случае речь шла о сделке на сумму 125 тысяч долларов США. Поэтому было понятно, что речь идет не о простых карманниках или мошенниках», – рассказывает ветеран спецслужб.

 

 

Первым, кто узнал о попавшей в руки злоумышленников партии радиоактивных материалов, стал старший лейтенант департамента Азамат Ертысов. Чтобы войти с подозреваемыми в непосредственный контакт, оперативники решили выступить в роли посредников. Однако осложняло ситуацию, что в преступную группу входили бывшие сотрудники Министерства внутренних дел, Министерства иностранных дел, члены местной ОПГ и представители одной из этнических диаспор. То есть влиятельные люди, которым так или иначе были знакомы схемы работы правоохранителей. Да и опыт общения с людьми под прикрытием они тоже имели.

На помощь старлею, который выступал как посредник, направили одного из самых опытных сотрудников департамента – начальника управления ведомства, подполковника Куата Кунаева. Перед ним поставили задачу исполнить роль покупателя.

«Требовалось, чтобы преступники приняли меня за своего. Иначе получить всю информацию о том, откуда вообще появились эти урановые таблетки, кто входил в цепочку их получения и передачи, было бы сложно», – комментирует дело Кунаев.

После недолгих заочных переговоров стороны в итоге решили провести очную встречу. Ее местом стал один из ресторанов Павлодара. Куат Кунаев сыграл бизнесмена из Алматы и сразу заверил, что готов заплатить за товар требуемую сумму. Однако продавцы не торопились давать свой ответ. Было понятно, что они хотят убедиться в надежности покупателя. Одними «приглядами» не обходилось. Сначала преступники пытались «пробить» потенциального партнера через свои источники, а после и вовсе начали следить за ним. «Хвост» за подполковником следовал практически после каждой встречи, которые, как правило, проходили в кафе или увеселительных заведениях.

 

 

«Немаловажно, что Павлодар – город небольшой, поэтому риск, что в том же ресторане нас узнает кто-то из их знакомых, был всегда. Однако, организуя каждые последующие переговоры, мы просчитывали каждую мелочь: кто должен прийти первым, где сядет сотрудник под прикрытием. Даже то, насколько далеко от уличных окон расположен стол, мы не могли не учитывать», – говорит Алмас Катыкбаев.

Временами сотрудники спецслужб, задействованные в операции, жили в конспиративной квартире. На время ради работы им пришлось отказаться от всяческих контактов, касающихся работы и личной жизни. Но не это стало самым большим лишением для оперативников. Дело в том, что им приходилось участвовать в нескольких контрольных закупках урана. После органы санэпидконтроля и специалисты АО «Ульбинский металлургический завод» подтвердят, что тот материал, с которым сталкивались правоохранители, действительно относится к радиоактивным материалам.

«По сути, каждая сделка наносила существенный вред здоровью всем её участникам. Ведь они находились в прямой близости к источнику излучения без защитных средств, уровень радиации многократно превышал допустимую норму. В любом случае работу надо было доводить до конца», – вспоминает Михаил Селевенко.

Во время операции работникам Комитета национальной безопасности удалось выяснить, что злоумышленники уже сориентировались в вопросах незаконного оборота ядерных материалов. Более того, они не собирались останавливаться на разовой сделке и намеревались организовать постоянный канал сбыта урана в страны Ближнего Востока.

Завершилась оперативная разработка после контрольной закупки. Чтобы не спугнуть продавцов, нужно было доказать платёжеспособность покупателя. Для этих целей руководству департамента КНБ пришлось под личные гарантии получить нужную сумму инвалюты в одном из банков.

 

 

Завершающей фазой стало задержание основных участников преступной группы 10 февраля 2010 года. Операцию сотрудники Комитета национальной безопасности проводили совместно с коллегами из полицейского ведомства. С учетом того, что подозреваемые имели оружие, план действий был сформирован таким образом, чтобы исключить любые попытки его применения.

Эта операция стала очередным не рядовым вызовом, когда сотрудникам департамента пришлось в короткие сроки готовиться к работе при неизвестных обстоятельствах и в непредсказуемых условиях.

«Урановая сделка» должна была состояться на трассе между Павлодаром и Семеем, где и были задержаны 11 человек. Впоследствии многие из них, в зависимости от роли в этом уголовном деле, получили различные сроки лишения свободы.

 

 

ТЕРАКТ В АКТОБЕ: УРОКИ И ВЫВОДЫ

По улицам города шел человек. То был мужчина средних лет, ни яркой внешностью, ни статью он не выделялся. Заметным в толпе его делали разве что нелепые брюки, штанины которых были нарочито укорочены и борода, топорщившаяся на подбородке. Если бы прохожие заглянули в его глаза, то, возможно, увидели бы странный блеск, что бывает у умалишенных или одержимых. Но у всех были свои важные дела, заглядывать в глаза прохожим как-то не принято.

Несколько часов спустя в здании ДКНБ по Актюбинской области прогремел взрыв. Радикально настроенный религиозный фанат совершил подрыв и погиб на месте, еще трое человек были ранены.

 

 

На проходной Рахымжана Макатова остановил постовой, он видел его раньше и, конечно, узнал. Макатов был ранее свидетелем по нашумевшему уголовному делу, когда были задержаны несколько религиозных фанатиков.

Странный гость хотел видеть оперативника Диясова, который как раз подошел к Департаменту. Увидев Макатова, офицер подумал было, что он по какому-нибудь текущему вопросу, но опытный взгляд сразу определил, что прибыл он с особой целью – под курткой посетитель прятал самодельное взрывное устройство.

«Возможно, это странно, но у меня не было страха. Я быстро оценил обстановку и всем присутствующим дал громкую команду укрыться. Реальность угрозы оценили не сразу, с выполнением команды произошла заминка, пришлось прикрикнуть еще раз. Все это время я находился рядом с Макатовым, который физически удерживал меня рядом с собой, схватив за поясной ремень», – вспоминает Азамат Диясов.

Невероятно, что даже в минуту такой опасности офицер сумел позаботиться о других и приказал укрыться. Как позже заключат эксперты, самодельное взрывное устройство было с усиленным поражающим эффектом.

«Последующая экспертиза показала, что смертник планировал произвести взрыв СВУ с обязательным убийством наиболее опасного, по его мнению, сотрудника КНБ. Спасение офицера стало возможным благодаря личной храбрости и случайному обстоятельству: преступник забыл предварительно включить самодельный тумблер», – отмечает эксперт-взрывник.

Жизнь офицеру и его коллегам спасли его храбрость, способность быстро сориентироваться и ошибка террориста.

 

 

Чтобы понимать уровень опасности, которому он подверг офицера и других сотрудников, приведем описание экспертов: «Мощность СВУ составила 400 граммов в тротиловом эквиваленте. В СВУ был использован заряд самодельного взрывчатого вещества на основе нитрата аммония, алюминиевой пудры и серы спичечных головок. Детонатор приводился в действие замыканием электрической сети путем нажатия кнопки замыкания, в качестве которого использовался биомаркер. Для усиления поражающего эффекта СВУ обильно было начинено болтами и чугунными элементами».

«В какой-то момент я обратил внимание, что Макатов буквально с ума сходит от волнения, его практически беспрерывно трясло от возбуждения. Не дождавшись ожидаемого взрыва, он ослабил внимание, отпустил мой ремень и стал копаться среди проводов, обвивавших его тело. Видимо, поняв свою ошибку, он пытался включить тумблер. Я воспользовался этой ситуацией. Предупредив об опасности еще раз криком «Ложись!», резко толкнул Макатова от себя в безлюдный центр фойе (почти одновременно постовой сделал предупредительный выстрел), я быстро упал на пол, пытаясь использовать в качестве прикрытия турникет», – вспоминает сегодня оперативный сотрудник Диясов.

Практически сразу же последовал взрыв. Уже первичный осмотр места происшествия подтвердил опасность: силой взрыва вынесло все стекла первого этажа Департамента, сработали сигнализации припаркованных рядом автомобилей. Макатов погиб на месте.

Почему и как становятся на скользкий путь терроризма? Почему оказываются под влиянием чуждых авторитетов, верят в псевдолозунги?

По заключению психолога, на формирование психологических особенностей характера Макатова в определенной степени повлияла серьезная травма, полученная им при рождении.

Кроме того, существенное влияние на него оказало воспитание родителей. Отец погибшего, обладая суровым нравом, часто наказывал сына. При этом он был постоянно недоволен им, не проявлял к нему теплоты, унижал, часто ставил ему в пример более «умных и удачливых» племянников.

 

 

Теракт в Актобе стал вызовом. В случае удавшегося теракта, несомненно, было бы подорвано доверие граждан, посеяна паника среди мирного населения, дестабилизирована ситуация в целом, а также создан прецедент, который, возможно, повлек бы за собой цепочку других трагедий.

Конечно, случившееся сразу же приобрело характер чрезвычайного происшествия. Все СМИ, как отечественные, так и зарубежные, наперебой рассказывали о случившемся. Журналисты изданий хотели подробностей и деталей. В отношении погибшего Макатова применялись самые разные эпитеты: первый казахстанский смертник, первый шахид и прочие сравнения.

Учитывая, что происшествие было резонансным, СМИ несколько месяцев держали тему. Жители близлежащих к ДКНБ домов охотно делились своими впечатлениями и эмоциями. Однако за кадром осталась большая работа офицеров, чей кропотливый труд на протяжении долгих месяцев позволил избежать терактов, масштаб которых, свершись они, существенно отличался бы от случившегося.

Стоит отметить, что операция по выявлению и задержанию местных радикалов разрабатывалась и велась длительное время. Вследствие этого, за две недели до взрыва в регионе были задержаны десятки человек, состоявшие в террористической ячейке «Ансар-уд-Дин» («Помощники религии») и готовившиеся к джихаду.

В ходе следствия были подтверждены оперативные данные и планы джихадистов. А намеревались они – ни много ни мало – принять участие в боевых действиях на стороне радикалов на территории Афганистана против американских войск и на Северном Кавказе против российских военных.

 

 

Актюбинских радикалов курировали зарубежные эмиссары, члены международных террористических организаций «Союз исламского джихада» и «Имарат Кавказ».

О серьезности намерений и уровне опасности, которую они представляли для общества, свидетельствует внушительный арсенал изъятого оружия и боеприпасов, использовавшийся для боевой подготовки рекрутов: автоматы Калашникова, пистолеты ПМ. Предусматривалась и особая подготовка – в ходе обыска были изъяты специальные технические средства.

Одновременно актюбинские радикалы участвовали в финансировании международных террористических организаций, как правило, деньги перечисляли через банки или передавали через связных.

В ответ зарубежные получатели записывали благодарственные ролики с призывами к верующим присоединиться к их движению. В свою очередь, «Помощники религии» из Актобе клялись, что если не смогут выехать в Афганистан, то совершат террористические атаки в Казахстане.

Во время задержания 4 мая 2011 года всех членов ячейки в Департамент КНБ был доставлен и Рахымжан Макатов.

При этом на первоначальной стадии расследования он демонстрировал деятельное раскаяние, активно сотрудничал со следствием. Поэтому было принято решение определить его в качестве свидетеля.

Но свидетелем он был явно не рядовым. Правая рука лидера ячейки Махуова, обладающая более высоким уровнем общего развития, он отвечал за самое чувствительное направление деятельности жамагата – идеологию. И он справлялся с этой работой на «отлично», неутомимо и упорно распространяя среди «братьев» скачанные в сети псевдорелигиозные статьи, книги и видеоролики.

Несмотря на это, благодаря правильно выбранному подходу оперработнику удалось получить от Макатова важные для следствия данные. Возникшее вследствие этого чувство вины перед братьями по вере и подтолкнуло Макатова к попытке совершения теракта путем самоподрыва.

Вышеизложенные трагические события, к сожалению, не стали последними ни в Актюбинской области, ни в Казахстане. Они имели знаковый характер для своего времени, когда в очередной раз, столкнувшись с грозным врагом, сотрудники Комитета не дрогнули, сделали должные выводы и приняли необходимые решения для обеспечения национальной безопасности.

 

 

ШАГНУВШИЙ В ВЕЧНОСТЬ

К списку

Отдаленный аул Кызылординской области. Четырнадцатилетний паренек бежит по степи к бахче. Легкие наполняются свежим утренним воздухом. Полтора километра уже позади.

Это ежедневный маршрут маленького Кайрата. Дядя Онгарбай сказал: «Кайрош! Хочешь стать военным – тебе надо бегать по три километра».

С каждым месяцем мальчишка становился быстрее.

 – Аға! А что еще надо? – донимал вопросами Кайрат.

 – Надо еще уметь драться, на турнике подтягиваться, – подшучивал родственник.

В поселке была только одна секция вольной борьбы. Тренер посмотрел на щупленького подростка: «Балам, сен не, ет жемейсің бе?»

Ударил гонг. Рефери торжественно поднимает руку бойца в синем кимоно. В микрофон звучит голос главного судьи соревнований: «В весовой категории до 65 килограммов победу одерживает и становится чемпионом Военного института КНБ – Ибраимов Кайрат!!!»

 

 

Да, упорство и труд маленького Кайрата дали свои плоды, и он приближался к мечте – стать офицером и быть гордостью отца!

И неудивительно, что его приметили «покупатели» из «Арыстана». С легкостью пройдя все проверочные мероприятия, он в числе избранных выпускников первым зачисляется в элитное спецподразделение КНБ.

Из воспоминаний офицера спецназа.

По характеру Кайрат был компанейский, живой, любил поговорить. Особенно его активность проявлялась в спорте: энергичный, по субботам после кросса в 10 км он обязательно был одним из организаторов матчей по футболу, на которых неудержимо гонял мяч от своих ворот до ворот соперника.

Летом в прикаспийских степях, почти полупустыне, в ходе учебных многодневных выходов Кайрат всегда сам вызывался в дневной патруль.

В ходе одного из таких только с помощью его неутомимости был найден колодец с водой. Сухость, по картам колодцы есть, но большая часть даже не колодцы, а подземные каменные цистерны. Вся вода только та, что взял с собой. Найти источник на ровной, как стол, поверхности полупустыни, без особых видимых ориентиров – это великое дело. Тем более сам найденный колодец представлял собой просто плоскую утоптанную площадку метра полтора в диаметре с отверстием, в которое мы едва смогли просунуть пластиковую бутылку объемом 1,5 литра. Но поднятая вода из этого колодца была, наверное, самой холодной и сладкой, какую мы только пили. Кайрат всегда находил источник воды.

 

 

2011 год, август. «Ибраимов, зайди к начальнику!» – крикнул оперативный дежурный. Кайрат поднимался по лестнице и думал: «Я же сейчас на сборах по рукопашному бою. Интересно, что нужно командиру?»

«Ты включен в группу! На сборы 30 минут, едешь в Костанай».

Наконец-то боевой выезд! «Ребята, я с вами!» – крикнул, пробегая мимо загружавших оружие в автомобили товарищей.

 

 

Точкой отчета по пресечению наркотрафика стала трасса Аркалыка. Эту операцию поручили Службе «А». Информация по «злодеям» была разной и противоречивой. Но было ясно, что они вооружены и опасны.

В арсенале преступников имелись старые советские карты и средства навигации, передвижение осуществлялось глубокой ночью, с соблюдением конспирации. Преступники использовали старые полевые дороги и объездные пути, которые исключали возможность пересечения с автобанами и дорогами общего пользования.

Боевая группа тщательно спланировала план действий, разделилась на две группы. Одна из них задействовалась непосредственно в захвате преступников, вторая находилась на узловом пересечении полевых дорог ближе к городу для осуществления перехвата бандитов в случае прорыва.

«Голая» трасса давала мало шансов для конспиративных действий, тем более для маскировки группы. А еще все усложняла пасмурная, дождливая и, как сказали ребята, «мерзкая» августовская погода. В такой ситуации однозначно нужна «легенда». Пообщавшись между собой, решили, что лучше, чем легенда «рабочих, ремонтирующих участок дороги», не найдется. А участок, на котором предполагалось засада, соответствует и легенде, и возможности засады.

Истекал предположительный промежуток времени для появления преступников, ребята терпели, хотя обстановка была накалена продолжительным молчанием трассы. Легенда продолжала внедряться в жизнь, а ребята в засаде освоили всевозможные места: это и сточные трубы, и кусты вдоль дороги. В 2 часа ночи небо на горизонте озарил свет фар, затрещали радиостанции с передовой информацией о приближении «злодеев».

Задачей Кайрата на тот момент являлась остановка автотранспорта преступников, он должен был установить шипы на узком участке дороги, между естественным заграждением и остановленным трактором. От его действий зависел исход всей операции.

 

 

В автомобильной колонне преступников было две машины: внедорожник высокой проходимости BMW X5 и перевозящий наркотики тентованный УАЗ-«буханка».

В самый ответственный момент, когда колонна уже находилась в непосредственной близости к группе захвата, произошло невозможное – из-за грязи на дорожном покрытии заклинило распорку шипов. Думая только о выполнении поставленной задачи, Кайрат молниеносно ринулся к заградительным шипам и начал с силой дергать их в направлении обратной стороны дороги. Преступники, поняв, что происходит, осознавая последствия своего задержания, направили машину на Кайрата и ринулись дальше.

Будучи уже раненым и не имея способности двигаться, Кайрат своим товарищам по оружию, которые в этот момент оказывали ему помощь, сказал последние слова: «Оставьте меня, найдите их и не упустите».

 

 

Он погиб по дороге в больницу.

Прошли годы. К бахче не спеша идет поседевший дядя Онгарбай. Знакомый маршрут. Остановился, прикоснулся руками к одинокому карагачу, всплакнул: «Может, зря я тогда...» А потом его лицо озарила улыбка – по степной дороге бежал парнишка.

Будут у нас еще герои.

* * *

Костанайская преступная группа, члены которой убили «арыстановца», была организована словно по канонам сицилийской мафии. Верховодили в ней кровные родственники – родные братья Бикаевы из Костаная. Их подельниками, обеспечившими поставки товара с юга страны, стали близкие родственники Олжас и Газиз Байгазиевы, жившие в Жамбыле. Кроме уже упомянутых в мафиозную наркогруппировку входили еще 6 человек.

Преступники безнаказанно творили свои дела не менее 7–8  лет. Во время следствия выяснилось, что Бикаевы ранее привлекались к ответственности за наркопреступления, но у них всегда получалось выйти сухими из воды. Возможно, потому, что один из братьев – Кайрат – ранее работал в органах внутренних дел.

Криминальный шлейф и тяга участников преступной группы к красивой жизни не могли остаться незамеченными компетентными органами. В принципе, оперативники понимали: эти отчаянные ребята нигде не работают, их компания закрыта для чужаков, они часто ездят на юг, покупают машины повышенной проходимости.

В общем, установить канал поставок и примерный маршрут следования груза для сотрудников органов нацбезопасности было делом техники. Вся оперативная работа была проведена ювелирно. Но кто же мог предположить, что наркодельцы пойдут на такое...

 

 

Свое последнее дело они начали в мае 2011-го. Бикаевы дали «отмашку» Байгазиевым, и те приобрели в Шу более тонны марихуаны. Отслеживавшие их действия и передвижения оперативники узнали: преступники готовятся к большой операции по переброске крупной партии наркотиков из Казахстана в Россию.

 

 

На УАЗе, под завязку груженном 204 мешками с зельем, спустя два месяца они выехали через Карагандинскую область в Костанай. Бикаевы распорядились сделать тайник в степи. Их подельники соорудили схрон вблизи поселка Дамды. Яма получилась приличная: два метра в длину, полтора в глубину. Но груза она так и не дождалась.

Бикаевы направились навстречу Байгазиевым. Вместе они двигались по полевым дорогам.

В ДКНБ по Костанайской области еще на этапе появления информации о запланированном маршруте движения автокаравана мафии было принято решение задержать наркодилеров с поличным. Учитывая сложность обстоятельств и возможное сопротивление, для проведения захвата в область была направлена группа спецподразделения «Арыстан». Спецназовцы с оперативниками подготовились к задержанию. Сделать это решили ночью, расположив на автотрассах два поста перехвата. Подготовили грузовую машину и спецсредства, расставили предупредительные знаки о проведении дорожных работ, в общем, сделали все, чтобы преступники угодили в капкан.

 

 

Бандиты появились на 13-м километре трассы Жезказган – Есиль в половине третьего ночи. Сотрудники ДКНБ и «Арыстана» решили не препятствовать проезду «головного дозора», чтобы не спугнуть остальных преступников. А вот когда на дороге возник УАЗ, путь ему перегородил грузовик ГАЗ-3309. Однако управлявший «нарковозом» Азамат Бикаев поддал газу и прорвался через препятствие.

Спецназовцы бросились к бешено летевшей машине, стреляя в воздух, но отчаянных мафиози это не остановило. И тогда наперерез несущемуся с тонной наркотиков «уазику» бросился старший лейтенант Ибраимов. Он схватил ленту с шипами, чтобы кинуть ее на дорогу, выведя из строя автомобиль. Преступник направил машину прямо на офицера…

Кайрат Ибраимов получил тяжелейшие травмы грудной клетки и живота. Как вспоминает один из его коллег, Кайрат до последних минут, едва приходя в сознание, спрашивал, удалось ли задержать преступников.

 

 

А спецназовцы бросились в погоню. Вначале достигли УАЗ. Он на бешеной скорости слетел с дороги в кювет, его водитель и пассажиры разбежались по ночной степи.

Рядом с автомобилем лежали два мешка, заполненные марихуаной. Еще двести два – внутри машины. Там же обнаружили боевую гранату. Как потом выяснилось, она не взорвалась лишь потому, что один из преступников не полностью выдернул чеку. Вторую гранату нашли вблизи машины. Внедорожник БМВ был обнаружен в 10 километрах от поселка Амантогай, «Land Cruiser» – у железнодорожного полотна рядом с автотрассой Аркалык – Есиль. Машины также были пусты.

 

 

Сразу же после этих событий по тревоге был поднят личный состав ДВД. Первого преступника (им оказался О. Байгазиев) задержали в нескольких сотнях метрах от БМВ. Еще двоих сняли с мчавшегося по трассе КамАЗа (они попытались добраться до Костаная автостопом), других настигли в открытой степи… Главари группировки несколько месяцев были в бегах, но их все-таки смогли отследить и после задержания предать суду. Участники наркобанды получили длительные, от 16 до 25 лет, сроки лишения свободы.

 

 

2012: ЛЕДЯНОЕ ДЫХАНИЕ ТЕРРОРА (Из воспоминаний сотрудников спецназа)

В XXI веке международный терроризм начал принимать угрожающие масштабы. Его последствия начал испытывать на себе и Казахстан. Особенно насыщенным на события стал 2012 год. Если обратиться к хронике событий того времени (не все они признаны терактами, да и не во всех из них были задействованы сотрудники Службы специального назначения «А»), то громкие нападения и доморощенные экстремистские атаки стали шоком для казахстанцев. Ледяное дыхание террора делало уязвимыми всех.

Сегодня за плечами «боевого крыла» КНБ немало блестяще проведенных спецопераций, во время которых бойцы доказали свою способность эффективно решать поставленные задачи.

 

 

На некоторых из них хотелось бы остановиться подробнее.

 

«Захлебнувшиеся в пене»

«Куба», прикрывай!» – скомандовал коротко «Стамбул» своему боевому товарищу…

6 лет, посвященных своему любимому делу, «Стамбул» изо дня в день оттачивал навыки бойца специального подразделения «А». Простой деревенский парень, имея за плечами военное образование пограничника, не было ни дня, когда бы он не работал над собой. Тренируя тело и критическое мышление, так необходимое бойцу для принятия моментального решения в трудную секунду, он учился стрелять без промаха, осваивал новые виды вооружения. За необузданный характер степного парня сослуживцы окрестили позывным «Стамбул».

 

 

И в этот день, 21 июня 2012 года, для «Стамбула» был обычным, рядовым днем, где на занятиях в штурмовом здании они с ребятами отрабатывали так называемую «зачистку комнат». Внезапно на телефон начальника отдела «Капрала» поступил звонок от дежурного с приказом «Боевая тревога, собраться всем!», на что «Капрал» спокойным голосом, как ни в чем не бывало, озвучил «Опять сорвались занятия, собираемся быстро, парни!». Хотя в глубине души он понимал, что это и есть экзамены по всем занятиям...

По быстрым шагам начальника управления «Наймана» мы, сидящие в актовом зале, поняли, что у него настрой очень серьезный, и команда была сухая, без всяких лишних слов: «Ребята, нужно срочно вылетать в Актобе, оперативную обстановку доведу в пути».

Через три часа наша группа была в г.Актобе и мы вместе с оперативниками начали искать террористов. Первыми удалось взять их сообщников, которые пытались скрыться из города, но мы успели их задержать на вокзале. Так нам удалось добыть первичную информацию о террористах.

Это было началом антитеррористической операции…

В этот день лил сильный дождь. Обычная экипировка бойца спецназа весит около 35 килограммов. Бронежилет и костюм «РЭЙД-Л» промокли насквозь и стали тяжелее как минимум на 10 кг.

Мы с бойцами ПСН «БЕРКУТ» встали в цепочку и, тщательно осматривая каждый мазар, начали «зачищать» кладбище. Не успев закончить зачистку, поступила команда «Террористы на СТО», мы всей группой ринулись в автобусы.

Да, иногда оперативная обстановка может быстро поменяться, особенно когда не знаешь, откуда угроза, но мы на то и спецы, готовы ко всем ситуациям…

Приехав в указанный район, мы увидели много людей: военных, гражданских. Кто-то из полицейских показал жестом и кричал нам вслед: «Они там, они там!» Конечно, все были в панике. Для такого небольшого города новость о вооруженных террористах была как гром среди ясного неба.

Первая команда была «Зайти во двор!». Во дворе СТО мы увидели, как люди стоят, спрятавшись в соседних гаражах, на их лицах читался страх…

Не успев еще все осмотреть, мы услышали внезапный выстрел и увидели, как упал боец СОБРа из группы блокирования. Дробина прилетела точно в голову, прямо над правой бровью. Все взгляды были прикованы к нам, мы начали спасать сотрудника. Под огнем, который велся из окна СТО, наши ребята вытащили раненого из зоны поражения, тем самым спасли ему жизнь. Поняв всю серьезность ситуации, мы решительными действиями эвакуировали всех из зоны проведения антитеррористической операции.

Дальше дело за профессионалами…

Чтобы узнать о происходящем внутри СТО, где спрятались террористы, командир группы «Найман» дал команду «Туркмену»: «Подберись максимально близко к окну СТО и забрось «Айсбол». Данный прибор позволяет вести наблюдение внутри помещения, именно такие передовые технологии помогают нам сохранять жизнь сотрудников.

С монитора планшета, куда был подключен «Айсбол», «Стамбул» увидел террористов, обнимающих кислородный баллон, который они хотели подорвать. И в тот момент все поняли, что штурм здания невозможен, это было бы самоубийством…

Штабом поставлена задача – любой ценой взять их живыми, а бойцы спецназа не любят спорить…

Мы начали «брэйншторм», думали, как их вытащить из помещения, и тут мы услышали мнение старого заядлого ворчуна «Туркмена»: «Давайте зальем их пеной, чтобы зажигательные компоненты не подорвались». Именно эти слова и легли в основу наших действий, короче говоря, наш штурм был совершен не по книгам.

Тем временем командир группы «Найман» предложил: «Проломите стену СТО БТР-ом, для того чтобы снайперы могли прикрыть действие группы».

Тут же незамедлительно ринулся в бой войсковой БТР, но получилось так, как обычно в жизни бывает. После первого же тарана сгорело сцепление боевой машины, и водитель БТР запаниковал. Но настрой и дух бойцов Службы «А», выраженные в словах «Да не переживай, мы с тобой!», на него быстро подействовали. Водитель сразу же собрался с мыслями и, заглушив БТР и со всей силы двумя руками потянув за рычаг, сумел включить заднюю скорость, завел боевую машину, и мы выехали благополучно в укрытие. К слову, водитель смог частично устранить неисправность и иронично подметил «Пока можно ездить».

Цель была достигнута: под напором 15-тонной машины ворота в СТО прогнулись, и образовалась щель, но теперь нам необходимо было открыть их полностью, и перед нами возникла новая задача – зацепить дверь тросом от БТРа.

 

 

«Хаким» под прикрытием щитовика «Бизона» попытался зацепить ворота, но из глубины темной комнаты СТО прозвучали выстрелы, «Хаким» был ранен, но, несмотря на это, выполнил задачу.

С момента обнаружения преступников с ними постоянно работали переговорщики по рупору, были приглашены родственники некоторых из них.

Мы наблюдали душераздирающую картину, мать одного из террористов уговаривала сложить оружие, а в ответ он назвал её «ведьмой, помощницей каферов!». Переговоры с террористами не дали положительных результатов.

 

 

С момента начала операции мы не снимали экипировку уже двое суток, работая на пределе своих возможностей. Щитовик «Бизон» был одет в бронекостюм весом 50 кг и держал в руках 25-килограммовый щит. Несмотря на видимые так сказать неудобства, каждый из нас знает, что не существует непреодолимых трудностей для бойца ССН «А»…

В ходе подготовки к штурму «Иртыш» изготовил заряд и путем подрыва сделал брешь в стене. В помещение, где находились террористы, было залито 3 тонны противопожарной пены, после добавили столько же воды.

 «Штурм! Штурм! Штурм!» – прозвучала команда «Наймана», и под прикрытием боевой машины мы начали операцию. Заметив наши активные действия, террористы с криком «Аллах Акбар» открыли огонь. Подавив контратаку противника, мы двинулись в глубь гаража. Один из преступников остался лежать на кирпичах возле входа, а второй пропал из вида в глубине комнаты. Группа подготовилась к движению, когда вновь появился вооруженный человек и с теми же криками открыл огонь в нашем направлении. Нам пришлось стрелять на поражение…

По результатам антитеррористической операции были ликвидированы два террориста и один доставлен в больницу.

Именно так прошла одна из первых антитеррористических операций астанинского подразделения.

Каждый сотрудник нашей Службы «А», рискуя жизнью, готов с честью стоять на страже Родины, чтобы наш народ жил под мирным небом!

 

«Обратный отсчет»

Что для меня «Баганашыл»? Это не просто дачный массив, который стал дико застраиваемым коттеджным микрорайоном. Для многих из нас он мог стать последним местом, где мы встретили рассвет.

В августе 2012 года нас внезапно и без объяснений отозвали с охранных мероприятий. Так заведено, что мы регулярно усиливаем Службу госохраны в обеспечении безопасности Президента.

 

 

Прибыв на базу, начальник нашего отдела крикнул: «Готовимся работать по-тяжелому!»

Мы все знали, что такое работать по-тяжелому, еще не заросли раны после Боралдая, мы помнили «Таху» и «Рауля», ушедших так рано.

В кругу ребят стояла гробовая тишина, были слышны лишь приглушенные звуки подготовки амуниции и лязг оружия. Каждый сотрудник понимал, что он будет прикрывать спину своего товарища, которого дома ждут жена, дети и родные его сердцу люди.

В наших рядах было много молодых сотрудников, которые впервые шли на задание, проходя мимо, вглядываясь в их глаза, я видел смелый взгляд, уверенность в своих силах возмужавших ребят.

В голове пробежала мысль: вот тот момент, когда нет обратного пути, в такие минуты понимаешь, что означает «закипает кровь», все действия происходят рефлекторно, на уровне подсознания, ты делаешь то, чему научился через кровь, пот и боль.

Операция проходила в дачном массиве, где в каждом доме имелась собака, и со стороны казалось, что лай собак выдаст приближение группы захвата, но при занятии боевых позиций группами захвата стало ясно, что командир принял правильное решение провести штурм на рассвете, когда люди еще не проснулись.

Как стало известно, ранее в городе произошел взрыв в частном доме, где обнаружили несколько трупов, форменную одежду сотрудников правоохранительных органов, автомобильные номера прикрытия и служебные удостоверения различных органов.

Следы преступников вывели на дом в дачном массиве Баганашыл.

Моей группе поставлена задача проникнуть в дом с тыльной стороны. К ней мы пробирались в полусогнутом состоянии, при этом контролируя оконные проемы, чтобы из окна не вылез преступник или еще хуже не кинул гранату.

Справа от моей группы, не выдавая своего присутствия, выдвигалась группа «Арал». Используя естественный рельеф местности, она все ближе и ближе приближалась к своему объекту, двухэтажному зданию с мансардой, оно также располагалось на одном участке с основным объектом.

 

 

В радиостанции раздался голос: «Кипчак, на боевой! Арал, на боевой!» Выждав мгновение, командир моей группы твердо произнес: «Большой, на боевой!»

Наступила точка невозврата.

Адреналин зашкаливал, руки крепко сжимали автомат, который я знал как свои пять пальцев. В такие минуты понимаешь, что, кроме твоего боевого товарища, твою спину никто не прикроет.

И снова в правом ухе голос, эту команду я узнаю из тысячи. Звучит обратный отсчет: «9, 8, 7, 6, 5, 4... ШТУРМ, ШТУРМ, ШТУРМ!»

В момент входа щитового «Мираса» террористы открыли шквальный огонь в нашу сторону. Поступила команда «Отход». В этот момент без доли сомнения и капли страха «Бриз», который двигался вторым номером, резким рывком подминает под себя командира и сам оказывается на линии огня, за что и получил четыре пули, три пули попали в бронежилет, а одна в каску.

 

 

Для отхода нашей группы «Найманом» и «Расулом» был поднят бронещит над головами ребят, что создало для них безопасный коридор. Именно в этом эпизоде был официально введен режим антитеррористической операции.

По радиостанции шла информация: «По нам ведется встречный огонь», «группа «Кипчак» не смогла вскрыть дверной проем». И в этой суматохе голос «Арала»: «У меня раненый», сразу в голове: «Кто ранен, куда ранен, как ранен?» Ранение получил матёрый снайпер «Жора», и снова по станции: «Ранение в лодыжку, жить будет».

Отдаю должное «Жоре», он стойкий солдат. Его таким ранением не испугаешь. Он не покидает огневую позицию, в это время медик проводит перевязку.

Тем временем в ходе зачистки прилегающих строений обнаружены семь спящих рабочих, которых эвакуировали в безопасную зону.

Бой продолжался. Одна из пуль пробила газовую трубу дома. Несмотря на это террористы продолжали вести беспорядочный огонь.

Приехали пожарные. Мы работали параллельно с ними.

Бригада пожар потушить не смогла. По ней велась стрельба, группам захвата пришлось прикрывать их действия. А в некоторых случаях и заменять.

 

 

Слышались голоса «Аллах Акбар» и призывы, что они воины «Аллаха» и готовы к смерти. Отказавшись от переговоров и не желая сложить оружие, преступники заживо сгорели.

Сквозь клубы дыма я подошел к своей группе. Ребята, изнеможденные длительной осадой, молча сидели в тени забора. С их лиц стекал грязный пот, некоторые задумчиво курили.

Один из бойцов кивнул в сторону бронещитов «Мираса» и «Садко», в которых виднелись следы от пуль. Ребята действительно родились «в бронерубашках».

Спустя некоторое время поступила команда на завершение операции.

За проявленное мужество и самоотверженность «Бриз» был награжден орденом «Айбын», а «Найман» и «Жора» – медалями «Жауынгерлік ерлігі үшін».

 

«Логово шахидов»

Вечер среды 11 сентября 2012 года. Шел третий период решающего матча городского первенства по хоккею. Наша команда обыгрывала соперника по результатам двух периодов.

Предчувствие близкой победы в турнире прервал тревожный звонок дежурного Службы «А», который объявил сбор личного состава. Я в спешке предупредил товарищей по команде и срочно выехал на работу.

Дежурный был взволнован. На западе страны была выявлена группа террористов.

Оказалось, что в одном из жилых домов в городе Кульсары Атырауской области засели террористы-смертники, которые планировали теракты.

На базе все кипело. Бойцы вооружались, экипировались. Подавались машины. Тут и там были слышны приказы командиров.

 

 

Кто-то смеялся над бойцами, выносящими специзделия «Данс» (16-килограммовая гиря) и «Балдырган» (борцовский манекен): «Едем тренироваться что ли?» Тогда не все понимали, как пригодятся нам эти вещи.

В полночь самолет взял курс на Атырау. На борту мы дали бойцам отдохнуть, но мало кто спал. Командиры обсуждали варианты проведения операции. Мы знали точно, что террористов будем брать в квартире пятиэтажки.

Рано утром 12 сентября 33 сотрудника Службы «А» прибыли в город Кульсары. Быстро посовещавшись, группа приступила к эвакуации жителей района.

Напуганные жильцы проходили через «живую стену» бойцов, прячась за бронещитами и противоосколочными одеялами, которыми они их прикрывали.

9 утра. Переговорщики пытаются разрешить ситуацию мирным путем. Но в ответ из квартиры доносятся лишь фанатичные выкрики «Аллах Акбар!». Террористы тянут время.

Мы начинаем имитацию штурма через окна и балкон. Здесь и пригодились «Данс» и «Балдырган». С балкона этажом выше, ловко орудуя изделиями, бойцы разнесли оконные стекла.

Громкие переговоры по радиостанциям еще больше убедили террористов в том, что штурм начался. Бандиты поверили.

Первый фанатик метнулся к балкону и в надежде подорвать группу захвата привел в действие пояс шахида. В квартире прогремел взрыв.

С истошными криками «Аллах Акбар!» на балкон выбежал второй. Никого не обнаружив, смертник приготовился прыгнуть на пожарную машину и спецназ, стоящие внизу. Фитиль на поясе уже горел.

 

 

Снайперский выстрел остановил террориста практически на лету. Это был привет от «Хирурга» с крыши соседнего дома.

Обмякшее тело повисло на перилах балкона. Прогремел взрыв.

Уже после этого кадры свисающего с балкона террориста облетят все новостные каналы.

Подельники, поняв, что оконные проемы находятся под снайперским контролем, заняли оборонительную позицию в разных частях квартиры. В ход шла вся мебель, матрасы и одеяла.

Эмоциональные выкрики «Аллах Акбар!» становились громче и яростнее. Враг был загнан.

В это время шахиды начали прорываться на лестничную площадку. Один за одним они выбегали из квартиры и бросались на бойцов спецназа.

Закрепленные на смертниках взрывные устройства, начиненные гвоздями и шурупами, приводились в действие.

Весь подъезд был забрызган кровью. Вылетели окна и двери. Воздух раскалился до предела.

Бойцы спецназа не отступили. Вели ответный огонь, поражая преступников одного за другим.

 

 

Ударная волна контузила переговорщиков. Их увели в безопасную зону.

Одного из наших ранило осколками в руку.

В квартире еще оставались преступники. Зайдя внутрь, мы увидели тела двух террористов, один подавал признаки жизни.

В комнатах были разбросаны компоненты взрывных устройств и готовые к применению СВУ.

Раненый террорист был доставлен в медучреждение г. Кульсары (в последующем осужден и в настоящее время отбывает наказание).

 

 

Уже позже следственная группа объявит, что преступники произвели шесть взрывов СВУ. Из шести членов радикальной группы пятеро совершили самоподрывы.

Близился конец дня. Проходя мимо бойцов, снимавших бронежилеты, я увидел на уставших лицах удовлетворенность от проделанной мужской работы. Славно сработали, мужики! Домой!

 

 

 

«СНЕЖНАЯ ВЬЮГА» НАКРЫЛА САВАНОМ

Предновогоднее настроение конца декабря 2012 года уже витало в кристально прозрачном воздухе столицы. Повсюду слышался скрип снега под ногами спешащих домой прохожих. Вид роскошных снежных шапок на зданиях города вкупе с гирляндами и украшениями дарил атмосферу загадочности и предвосхищения волшебной новогодней ночи.

Но это спокойствие было обманчивым. В стенах столичного Департамента КНБ методично и без суеты, но в ограниченные сроки разрабатывались детали операции «Снежная вьюга». Группа радикалов решила взорвать знаковое здание столицы – Дворец Мира и Согласия, больше известный в народе как Пирамида. Радикалами двигал циничный расчет. Они понимали, что это здание, с момента появления ставшее одной из визитных карточек столицы, уже своим предназначением имеет сакральное значение для казахстанцев.

Обращал на себя крайний радикализм взглядов членов группы, их фанатичная убежденность в собственной правоте и готовность идти на крайние меры. «Братья» не намеревались останавливаться на подрыве здания и планировали убийства ряда сотрудников КНБ и государственных служащих.

 

 

Информация об этом поступила в Департамент в канун Нового года.

Далеко за полночь, сверив последнюю информацию с полученными оперативными сводками, Ербол закрыл папку под грифом «Секретно». Ему предстояло установить все связи пособников террористов, а главное не допустить совершения теракта.

По пути домой Ербол размышлял: «Террористам нужны сообщники, средства, оружие и деньги. Как они будут нападать? Кто из них будет искать и покупать оружие?»

Из последней прочитанной сводки стало известно о телефонных переговорах лидера группы «Абдулы» с одним из боевиков в Афганистане «Файзуллой». Зарубежный террорист был давно известен органам. В свое время покинул Казахстан, примкнул к террористам в Вазиристане. С тех пор находился в международном розыске. Теперь он пытался реанимировать скрытую радикальную ячейку в Казахстане. «Спящие» боевики, которые поддержали своего кумира, дали ему клятву верности, так называемый «байат», на крови с кухонными ножами в зубах, и троекратно прокричав «Аллах Акбар!», были готовы действовать. Теперь им предстояло доказать свою приверженность вере и кумиру.

 

 

Среди шестерых радикалов «Абдула» был «амиром». Все фанатично верующие. Любой приказ «амира» выполнялся беспрекословно. Постоянное промывание мозгов «Абдулой» и «Файзуллой» сделало свое дело. Нравственные ценности в головах преступников извратились до неузнаваемости. Три месяца хватило на то, чтобы разжечь огонь ненависти к другим людям только из вымышленных религиозных побуждений. Обычные человеческие радости, общение с близкими, смех ребенка, красота природы, синее небо перестали представлять для них какую-либо ценность.

Сам «Абдула» женился по религиозному обряду. Девочке было всего 16 лет, когда она вышла замуж за боевика, надев хиджаб и тайно сбежав от родителей. Она еще не знала, что члены группы, включая её мужа, приготовили ей страшную и чудовищную участь – стать смертницей – шахидом. Ее обработка уже шла полным ходом.

Тем временем разработка операции под кодовым названием «Снежная вьюга» в ДКНБ набирала обороты.

«Фигуранты и их мотивы нам известны, осталось выяснить способ исполнения и не допустить трагедии. Время ограничено. Давайте обсудим предложения!», – начал утреннее оперативное совещание руководитель.

Ерболу нужен был человек внутри группы. Опыт старших товарищей по оперативному ремеслу подсказывал - начать нужно с бывших знакомых и одноклассников теперь уже зарубежного боевика «Файзуллы».

Счет шел на часы и минуты. Помимо того, что нужно найти надежного человека, надо еще постараться уговорить его помочь в этом опасном и нелегком деле. Ведь кому захочется участвовать в операции, когда на кону жизнь и благополучие родных и близких?

Ербол тщательно изучил около тридцати досье. Это те, кто когда-то знал «Файзуллу», либо давным-давно общался с ним.

Подобрав кандидата, оперработник выехал на встречу с ним. Состоялся сложный разговор. Его респондент ни за что не хотел рисковать. Однако Ерболу удалось убедить его, буквально заразить своей смелостью, непоколебимостью в успехе и святой верой в правое дело. Подготовка к внедрению заняла несколько дней. Легенда прикрытия, атрибуты – всё на месте.

Источник был готов для ввода в группу преступников. Дело осталось за малым: как внедрить его туда? Помогло удачное обстоятельство.

Главарь группировки «Абдула» приобрел учебный автомат Калашникова, надеясь изготовить из него настоящее боевое оружие. И теперь он подыскивал надежного человека, который мог бы ему помочь в этом.

Ербол решил использовать эту ситуацию для внедрения. У него созрел план. Зимним утром «Абдула» как обычно остановил такси. Водителем был человек Ербола. В пути «таксист» похвастался маленьким самостоятельно выточенным ножом с вычурными завитушками и узорами. «Амира» заинтересовало искусство «таксиста». Все прошло как по маслу. «Абдула» обратился к источнику за помощью и, узнав, что имеют общего знакомого, уговорил его участвовать в их «амолиете» (т. н. действии во имя Аллаха).

В короткие сроки через свой источник Ербол смог выяснить, что члены группы срочно ищут деньги для закупа оружия в соседней стране. У них также имелся свой курьер, который готов выехать туда и доставить весь арсенал. В день, когда оружие привезут в город, боевики планировали совершить террористический акт.

После теракта преступники планировали скрыться и тайно пересечь границу Казахстана и Кыргызстана. Обуреваемые мечтой попасть на земли обетованные, члены группы замыслили выехать дальше в Сирию и принять участие в гражданской войне на стороне террористов.

Оперативникам было не до Нового года. Круглые сутки на ногах. Чтобы не допустить страшных событий, нужно постараться собрать все доказательства, изобличающие преступников. Ербол уже владел информацией о местах, где они собираются, где планируют спрятать оружие.

Но тут в игру вступил Его Величество случай. Внезапно «амир» меняет курьера. Им становится тот самый внедренный Ерболом источник. Новоиспеченный курьер покидает Казахстан. Оперативники остаются в городе «без глаз и ушей». Местные боевики выходят из-под контроля. Оперативная разработка находится на грани срыва: ведь теперь их некому контролировать.

Ербол принимает решение самостоятельно внедриться в группу террористов. В городе он сравнительно недавно, его никто не знает. Под видом друга источника, тщательно подготовившись и отрастив короткую бородку, Ербол безболезненно вливается в их банду.

 

 

И это оказалось очень даже своевременно. Дело в том, что «Абдула» решил тайно проникнуть в ювелирный магазин и вытащить все ценные вещи и драгоценности, для того чтобы расплатиться за оружие, отправить часть денег на поддержку боевиков «Имарат Кавказ» и «заработать» на дорогу в Сирию. Во всяком случае так описывал своим бойцам эту задачу «амир». На самом деле речь шла о тривиальном ограблении магазина.

На выбор подходящего объекта «Абдула» дал двадцать дней.

Радикалы старались постоянно держаться вместе. Мечети не посещали, опасаясь слежки. Намаз читали строго под руководством своего старшего наставника. Ночью спали в одной комнате. В одну из глубоких ночей Ерболу послышался шорох вблизи него. Ему удалось рассмотреть, что в его сумке и одежде копается один из его названных «братьев». Боец догадался, что это проверка и сейчас ищут прослушивающие устройства. Ничего не обнаружив, все участники предстоящего ограбления затихли и уснули.

Утром «братья» продолжили подготовку к ограблению и терактам.

На общем собрании заинтересованно перебирали варианты будущих операций. Террористы предлагали расстрелять всех в мечети, напасть на полицейских в городе либо убивать прохожих на улице. Однако их старший оставил первоначальный план без изменений: смертница должна попасть в здание Дворца Мира и Согласия, и там привести взрывное устройство в действие. На том и остановились.

Потом наступил момент распределения ролей в ходе ограбления ювелирного магазина. Ерболу, как самому молодому из них, доверили проникнуть в помещение вместе с основным исполнителем грабежа.

В один из дней внезапно у всех отобрали сотовые телефоны. «Это для нашей безопасности! Нам следует беречь себя, «братья»!» – сказал «амир» и передал новые сим-карты. «Менять каждые два дня!»

Напряжение в банде, а их уже смело можно было называть так, росло. Главарь нашел подходящий ювелирный магазин. Стали готовить план нападения.

В это время от источников из-за рубежа поступила еще одна информация о готовящемся террористическом нападении в столице: «В ближайший месяц готовится теракт в городе. «Файзуллу» назначили главным по терактам в Казахстане».

Никаких других подробностей о способах и исполнителях теракта, точных дат нет. Времени на уточнение за рубежом тоже нет. Так часто происходит в оперативной практике. Из нитей и обрывков информации предстояло создать четкую картинку.

Мысль о возможной второй ячейке террористов в городе не давала Ерболу покоя. Ночью перед сном Ербол решил пойти на отчаянный шаг: напрямую обратиться к «Файзулле» от имени главаря. Но как это сделать? Ведь телефон боевик всегда держит при себе. Вместе с ножом. В случае промаха «Абдула» легко может прикончить. На прошлой неделе он чуть не задушил одного из своих просто за то, что тот не мог выговорить слова молитвы на арабском языке. Придется рискнуть.

Дождавшись, когда все уснут, оперативник подполз к кровати «амира». Стараясь не шуметь, медленно и очень аккуратно вытащил телефон главаря из - под подушки. Не задев никого на полу, оперработник тихо перебирался к выходу из помещения. Внезапно кто-то его схватил за ногу. Ербол замер. «Я за водой!». Хватка ослабла и Ербол, облегченно вздохнув, покинул комнату.

«Так, теперь надо найти контакт «Файзуллы». Время словно замедлилось, удары сердца гулко отдавались в висках. В темноте лицо Ербола осветилось синеватым отблеском телефона. Пальцы, обгоняя мысли в голове, шустро бегали по экрану, листая телефонную книгу. Нужный контакт нашелся сразу. «Так теперь СМС: «Брат мой, мы готовы! Хотел спросить, в этом городе мы одни «братья»?» – написал Ербол адресату от имени главаря, рискуя всем в эту минуту.

Узнав, что других нет, Ербол стал спокоен.

 

 

По замыслу «амира» проникнуть в ювелирный магазин нужно в новогоднюю ночь. В это время все отвлечены. Заранее были закуплены строительные резаки, перчатки, сварочный аппарат, молоток, присоски для стекла, отвертки.

Наступил последний декабрьский день. Весь город, как улей: шумел, сновали туда-сюда машины, люди торопились к домашнему очагу и к своим близким.

Тем временем участники банды собрались неподалеку от ювелирного магазина. Ербол был максимально собран.

– А вдруг мы не успеем, и нас схватят? – заволновался один из них.

– У тебя же есть нож, делай! – гневно ответил «амир».

Мыслями он уже гулял на берегу Евфрата в Сирии с четырьмя женами в обнимку и покуривал кальян. Его раздражала мнительность его сподвижников прямо перед делом. Ербол, услышав это, переместился за спину главаря, чтобы в момент атаки сбить его с ног и не дать воспользоваться оружием.

Недалеко от них в темноте дома, расположились бойцы спецназа. Они должны были начать действовать после проникновения банды в магазин.

В 23.58 под вспышки и грохот новогодних фейерверков радикалы, а по совместительству еще и грабители, проникли в магазин. Это все, что они успели сделать. Команда: «Всем оставаться на местах, работает КНБ!» ввела их в ступор. Оказавшись прижатыми к полу прямо на месте преступления, они и не помышляли сопротивляться.

Несмотря на пресечение деятельности фигурантов, их оперативная разработка не прекращалась. Очень скоро стало понятно, что эта мера была не лишней, позволив предотвратить попытку побега с применением оружия из следственного изолятора КНБ.

 

 

Эпилог вполне закономерен: вся группа «Абдулы» была приговорена к различным срокам заключения. Жене главаря понадобилась психологическая поддержка, которую оказали специалисты Комитета.

Спустя три дня незавидная участь постигла и главного координатора террористов за рубежом «Файзуллу». В ходе боев с правительственными силами Афганистана террорист был ликвидирован прямо в машине ударом беспилотника в пустыне.

«Снежная вьюга» улеглась, накрыв своим саваном радикалов.

 

P.S.

Ну а что Ербол, офицер-разработчик группы «Абдула».

Ерболу повезло с наставниками, с которыми он встретился в оперативном подразделении столичного Департамента, куда попал по распределению после окончания Академии КНБ в 2010 году. Опытные сотрудники Департамента всегда были готовы помочь и поддержать «зеленых» лейтенантов, иногда беззлобно подшучивая над ними.

Высоко отзывается молодой офицер и о годах учебы в Академии: «К будущей профессии нас готовили добротно. Многих преподавателей, щедро делившихся с курсантами личным опытом, часто вспоминаю добрым словом».

И еще один важный фактор: быстрому профессиональному росту вчерашних выпускников способствовала и сложная оперативная обстановка. На рубеже первого десятилетия нового века казахстанское общество, известное своей толерантностью, подверглось испытанию на прочность со стороны религиозных радикалов.

Оперативник успешно продолжает службу, став одним из руководителей подразделения. Он почти ровесник Комитета, ему чуть больше 30 лет.

 

 

БИЛЕТ В ОДИН КОНЕЦ

Эту холодную грязную речушку в Кордае Айман запомнит на всю оставшуюся жизнь. Под покровом ночи она должна была вместе с другими женщинами незаконно пересечь казахстанско-кыргызскую границу.

Страх парализовал. Коченели суставы. Разум отключался, и голову заполнял туман. Все делала на автомате. Она взяла на руки детей. Хныкала и дрожала Жазира, испуганно таращил глаза младший Булат, инстинктивно отдергивая ноги от обжигающей холодом воды. Хорошо, что Всевышний не обидел Айман ростом. Вода доходила ей до пояса. Другим женщинам досталось по полной: наглотались грязной с песком воды…

Эти женщины с детьми, незаконно пересекающие границу, стремились в Сирию к мужьям, где их ждал не менее холодный, чем вода в горной кордайской речке, прием. Действительность разрушит их грезы, разобьет мечты. И самое страшное – отнимет жизни мужей и даже детей.

 

 

Тем временем в Сирии полным ходом шла гражданская война, что осложняло политическую ситуацию на Ближнем Востоке. Несмотря на географическую удаленность Сирии от Казахстана, в конфликт были втянуты и наши соотечественники.

Вся эта история происходила в 2013 году, когда группа молодых и отчаянных парней из Экибастуза под воздействием радикальных псевдопроповедников ислама решила променять «спокойную» жизнь на «вооруженный джихад». Им захотелось войны. Псевдорелигиозные призывы ослепили их.

Сколотив команду из фанатиков, они начали размышлять над тем, как принять участие в кровавой бойне. Их мало тревожили суть и содержание событий, они готовились воевать ради мнимого халифата. Никто и ничто не могло их остановить.

В марте 2013 года завербованные умелыми психологами террористической организации «ИГИЛ» молодые экибастузцы авиарейсом «Караганда – Стамбул» добрались до Турции, откуда планировали попасть в Сирию и примкнуть к международным террористическим группировкам. Это был «рейс в один конец». Они мечтали попасть в рай, чтобы «наслаждаться гуриями». Профессиональные ловцы «пушечного мяса» уже ждали рекрутов и доставили их в самое пекло Сирии.

Тем временем семьи и религиозные связи боевиков остались в Казахстане в ожидании вестей от своих «героев».

И здесь перед казахстанскими оперативниками встали новые вызовы и угрозы, с которыми органы национальной безопасности не сталкивались ранее. Опасность заключалась не только в том, что граждане Казахстана участвовали в зарубежных военных конфликтах на стороне террористической организации, но и в стремлении членов их семей и единоверцев присоединиться к ним.

Павлодарские «джихадисты» стали призывать на войну против неверных в Шам (Сирия) своих жен и детей. Наши земляки через Интернет отправляли им «красочные» фотографии из Сирии, тем самым «промывая» мозги. Один боевик в Сирии тянул за собой жену, детей, родственников, друзей…

Чтобы разорвать этот порочный круг, требовались не только оперативный опыт, но и смелость, интуиция, креативность сотрудников ДКНБ.

Тем временем худшие ожидания оправдались. События развивались по накатанному сценарию. Сотрудники органов национальной безопасности должны были действовать с ювелирной точностью, сопряженной с риском для жизни. Ведь они работали с «джихадистами», для которых жизнь уже потеряла свою значимость. И самое неприятное, они успели сформировать в сознании своих жен, сестер и любимых образ врага в виде сотрудников спецслужб. «Убийство комитетчика» религиозным фанатикам, по их выдуманным законам шариата, казалось священным.

Конечно, эти женщины, а больше речь пойдет о них, не предполагали, что попадут в настоящий ад, что пройдут через нечеловеческие испытания. Может быть, кто-то думал, что найдет там свою смерть и попадет в рай. Но большинство строили иллюзии «шариатского мира» на основе своих малых религиозных знаний и искаженных представлений. Но их встретила суровая реальность, в которой были болезни, голод, постоянные бомбежки или шальные пули. Чужая земля отбирала у них мужей, детей. Они переставали принадлежать себе.

Оперработникам удалось оградить ряд людей от выезда в Сирию. Они блокировали все возможные маршруты пересечения государственной границы, совершали поездки в соседние республики, чтобы буквально с рейсов снимать «завербованных» женщин и единомышленников боевиков. Опоздать было нельзя ни на минуту. Руководство страны ставило четкую задачу – уберечь граждан Казахстана от участия в зарубежных конфликтах на стороне террористов.

Майор Адилетов, непосредственно работавший на этом направлении, был потрясен: «Женщины как будто находятся в наркотическом опьянении. Им говоришь об очевидных опасностях, которые ждут их и детей на пути, но они ведут себя как зомби. Глаза пустые. Даже будущее их детей не волновало. Они были обработаны до такой степени, что были готовы отдать свои жизни ради несуществующей цели».

На счету Адилетова был не один рекрут или будущий боевик «ИГИЛ», которых он переубедил и помог отказаться от необдуманного поступка. Достаточно вспомнить последний эпизод, когда оперработник буквально на борту самолета, вылетающего в Стамбул, сумел в ходе личной беседы изменить планы будущего террориста и заставить того отказаться от поездки в Сирию.

Тем временем жены боевиков не оставляли своих планов, их попытки выезда не прекращались. Желание примкнуть к террористам усиливалось. Добавим к этому, что Экибастуз – маленький город, радикалы и офицеры КНБ знали друг друга в лицо, что тоже приводило к напряженности.

В мире росло число пособников «ИГИЛ», их сподвижники в соседних странах организовали устойчивую сеть. Ситуация требовала решительных действий. Тогда и был разработан план спецоперации в отношении двух экибастузцев. Он предполагал допустить контролируемый выезд жен в Турцию для последующего их задержания при встрече с мужьями. Для участия в спецоперации были отобраны самые опытные оперативные работники.

Оперативный замысел можно было осуществить при помощи спецслужб Кыргызстана и Турции. Логистические схемы проходили через границы трех государств. Но эти сложности не остановили павлодарских оперативников. Самые смелые действия они воплотили в жизнь ценой огромных усилий, дипломатических переговоров и настойчивости.

Ни о чем не подозревающие семьи с детьми добрались до села Кордай Жамбылской области, где их ожидали пособники террористов. Через ледяную реку, о чем мы рассказали в самом начале, они незаконно пересекли границу с Кыргызстаном. Весь этот путь пришлось пройти и оперативникам. Чтобы не потерять след, необходимо было зафиксировать каждого человека, помогающего в этом злодеянии. Дальше авиарейсом Бишкек – Стамбул они вылетели в Турцию. Комитетом национальной безопасности обеспечивалась синхронность мероприятий нескольких территориальных органов КНБ. Впервые в практике единовременно координировались спецслужбы Кыргызстана и правоохранительные органы Турции.

Любая осечка или оплошность могли сорвать всю операцию. Неосторожный взгляд, незначительная мелочь могли вызвать подозрения у боевиков, и цель была бы не достигнута. Женщины были хорошо инструктированы профессиональными вербовщиками.

 

 

В Стамбуле жен боевиков уже ждали турецкие правоохранители, которые провели операцию по захвату казахстанских террористов и немедленно депортировали их на родину.

Но этим все не закончилось. Местные радикалы уже знали, что их единомышленников задержали и содержат в следственном изоляторе. Они планировали акцию возмездия. Своевременные «коррективы» в оздоровление разума радикалов позволили нормализовать религиозную ситуацию в регионе. Были полностью пресечены связи «такфиро-джихадистских» жамагатов Экибастуза с международными террористическими организациями.

В результате проведенной работы выявлены новые формы и методы вербовки радикальных рекрутов, что позволило усовершенствовать тактику противодействия терроризму. Удалось выявить и нейтрализовать канал переправки террористов через Казахстан, Кыргызстан и Турцию. Благодаря совместной операции зарубежные коллеги установили и пресекли деятельность ячейки «ИГИЛ» на своей территории.

Для Комитета национальной безопасности страны это был колоссальный опыт международного сотрудничества.

 

 

ФЛЭШ-РОЯЛЬ: ПРОИГРЫШ РАЗВЕДЧИКА «КЛАУСА»

В карточной игре флэш-рояль означает самую выгодную комбинацию: для того, чтобы она сложилась, одного желания и азарта мало. Нужны выдержка, умение считать и предугадывать соперника, решительность – всеми этими качествами дипломат одного из западных государств «Клаус» и одновременно заядлый карточный игрок обладал сполна.

Однако контрразведку КНБ заинтересовали не карточные таланты «Клауса», хотя и не отметить их тоже нельзя. Ибо в карты он играл профессионально: напористо, жестко, не боясь проиграть, предпочитал покер.

 

 

И это было далеко не единственным его увлечением. Следует отдать должное, личность «Клауса» вполне отвечает распространенным в обществе представлениям о современных Джеймсах Бондах.

Он обладал эффектной внешностью, броско и со вкусом одевался – женщины от такого альфа-самца буквально млели. Деньгами не разбрасывался, но не упускал возможности продемонстрировать «самодостаточность» в этом вопросе. Получил прекрасное образование, владел четырьмя языками, отличался высокими коммуникативными способностями, легко и быстро устанавливая отношения с окружающими.

Именно чрезмерная активность в контактах с нашими соотечественниками и стала поводом для повышенного внимания к «Клаусу» контрразведки.

С одной стороны, ничего явно криминального в деятельности западного дипломата не было. Установление, развитие и расширение контактов с гражданами Казахстана внешне вполне соответствовало задачам сотрудника посольства. И во многом на начальной стадии разработки лишь интуиция контрразведчиков привлекла внимание к «Клаусу».

И это вскоре дало свои плоды.

 

 

Собирая по крупицам информацию о «Клаусе», контрразведчики обратили внимание на ряд деталей его биографии, пока лишь отдаленно, косвенным образом способных подтвердить версию о его принадлежности к иностранным спецслужбам.

Например, на престижную работу в МИД он пришел из бизнеса без соответствующего образования. Вроде бы мелочь, внешне ничего серьезного, но зачастую большая часть работы контрразведчика состоит именно из таких вроде бы малозначительных фактов.

Следующим стало трудоустройство «Клауса» в МИД через два года после получения университетского диплома. Задумались: не обучался ли он в это время в разведшколе?

Дальше – больше. Обратили внимание на особую осторожность дипломата. Выявились умения им уходить от наружного наблюдения, соблюдать меры конспирации и попытки обнаружить в своем окружении агентуру КНБ. Все это в совокупности уже не соответствовало представлениям о личности обычного дипломата.

Моментом истины в оперативной разработке «Клауса» стала добытая оперативным путем информация о полученном им задании завербовать агента в одном из ключевых министерств Казахстана.

Одной из вершин искусства оперативной работы в любой спецслужбе является агентурное проникновение, готовых сценариев для которого просто не существует.

Контрразведчики творчески подошли к этому процессу, решив подставить западному дипломату «ценный источник». После некоторых раздумий решили, что эту роль сыграет молодой офицер контрразведки «Бек». Он обладал цепким умом и живым характером, что называется, «горел на работе». Учли и его небольшой стаж службы в столице, где он еще не успел «засветиться» перед окружением.

Скажем сразу: «Бек» отлично справился с поставленной задачей, неожиданно даже для себя проявив артистические способности. Решая оперативные задачи, контактируя с реальным и важным объектом заинтересованности контрразведки, офицер быстро рос в профессиональном отношении.

В соответствии с созданной легендой, «Бек» успешно на общих основаниях прошел конкурсный отбор в интересующее «Клауса» министерство и положительно зарекомендовал себя с первых дней работы там. Он отлично справлялся с обязанностями, перечень которых постепенно расширялся, его стали привлекать к официальным мероприятиям с участием иностранных делегаций.

Оперативная «подстава» контрразведки прошла успешно: на одном из дипломатических приемов «Клаус» инициативно установил контакт с «Беком».

Знакомством дело не ограничилось. Иностранец явно обратил внимание на «Бека», стремясь перевести отношения на неформальную основу и предлагая провести очередную встречу «за кружкой пива». Контрразведчики не заблуждались относительно «дружеской» атмосферы этих контактов: фактически они стали свидетелями тонкого интеллектуального противостояния, в котором сами принимали непосредственное и одновременно негласное участие. Действия «Бека» анализировались весьма тщательно – построенная таким образом оперативная игра позволила получить ценную информацию об организации и особенностях вербовочной работы иностранной разведки.

А они, эти особенности, были довольно интересными и интригующими.

 

 

Например, на определенном этапе отношений «Клаус» применил ряд ухищрений, включая тайное психологическое давление на «Бека» и попытку создания зависимости.

Процесс взаимного изучения был довольно продолжительным.

Лишь спустя полтора года контрразведчикам улыбнулась заслуженная удача: «Клаус» предложил «Беку» предоставлять информацию за щедрые гонорары.

Это был долгожданный флэш: «Бек» внедрился в агентурный аппарат одной из ведущих спецслужб мира!

Дальнейшие события уже вполне напоминали сценарий с лихо закрученным сюжетом.

Отрабатываемые «Беку» задания постепенно усложнялись, безобидные проверочные просьбы принести те или иные документы сменялись более серьезными поручениями. Явки проводились на окраине города в безлюдных местах, по классической схеме шпионских романов использовались пароли и условные фразы.

Постепенно «Клаус» убеждался в надежности агента. В марте 2014 года «Бек» получил задание снять копию с важного документа, имевшего гриф «Совершенно секретно».

С этого момента оперативная разработка дипломата вошла в решающую стадию. Была проделана колоссальная работа, которой несколько дней занимались все офицеры управления. Необходимые согласования были проведены, подготовлен муляж секретного документа.

Из воспоминаний офицера-разработчика «Клауса»:

«...Час «икс» настал.

«Клаус» подошел к «Беку» и, назвав пароль, начал беседу.

Как и прежде, он выглядел уверенным в себе. Свет фар проезжающих автомобилей освещал его мужественные черты лица и светившиеся от предвкушения скорой победы глаза.

В момент, когда дипломат с жадностью читал переданный ему документ, казалось бы, из ниоткуда появились группы захвата. Яркий свет заранее установленных и замаскированных софитов резко осветил окрестность.

 

 

Документ выпал из руки разведчика. Он был ошеломлен происходящим, присущие ему самоуверенность и харизма испарились, в растерянном взгляде читались недоумение и шок.

Я поймал себя на мысли, как изменились мои представления о нем. Вместо красавца-разведчика передо мной стоял обычный напуганный человек, сломленный внезапным крахов несбывшихся надежд».

Операция по задержанию разведчика «с поличным» была успешно завершена.

За проведение в Казахстане не совместимой со статусом дипломата деятельности «Клаус» был объявлен персоной нон-грата и выехал из страны в течение 48 часов.

А наша Родина, выражаясь терминологией игроков, получила важный козырь в отношениях с государством, которое он представлял.

Вот в такие игры играет казахстанская контрразведка.

Играет и выигрывает.

Постскриптум.

Руководство Комитета по достоинству оценило вклад сотрудника контрразведки «А», обеспечившего эффективность оперативной разработки «Клауса»: он был поощрен ведомственной медалью за вклад в обеспечение национальной безопасности.

 

 

ПОД ГРИФОМ «СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО». РАЗВЕДОПЕРАЦИЯ «НАЙЗА»

В начале 2015 года, в самый разгар сирийского вооруженного конфликта, на испепелённой территории Сирийской Арабской Республики появилась еще одна террористическая группировка под порочащим нашу страну названием КИД – «Казахский исламский джихад».

Во главе данного формирования стояли религиозные фанатики и радикалы, выходцы из Казахстана, которые в конце 2000-х годов различными способами перебрались в Афганистан для участия в боевых действиях на стороне террористов. Последствия не заставили себя долго ждать. К сожалению, в 2011 году с территории так называемого «кладбища империй» боевиками был организован теракт с участием террориста-смертника в Казахстане.

В оперативные сводки Службы внешней разведки Казахстана попала информация о намерениях лидеров КИД в состав рекрутов в Сирии набирать именно выходцев из Казахстана и стран Центральной Азии. На закрытых собраниях боевики говорили о намерениях продолжить серию террористических акций в нашей республике.

Выявленные устремления группировки по отношению к Казахстану настораживали еще больше. Поэтому перед оперативным составом СВР была поставлена задача – ни в коем случае не допустить реализации планов боевиков по совершению актов насилия.

Оперативную разработку КИД решено было вести в рамках специальной операции под грифом «Совершенно секретно» и кодовым названием «Найза», замысел которой был направлен на внедрение агентуры казахстанской разведки в руководящее звено тергруппировки для своевременного противодействия ей.

Весной 2015 года в рамках подготовительных мероприятий началась работа по поиску подходящих исполнителей операции. Выбор пал на двух специальных агентов СВР – «Кахарман» и «Сункар», которые на тот момент уже имели опыт участия в разработке сложных объектов за рубежом. Эти люди четко осознавали, что им предстоит выезд с особым заданием в Сирию и, возможно, «с билетом в один конец», поскольку группировка, в которую им предстояло внедриться, представляла реальную угрозу.

В короткие сроки «Кахарман» и «Сункар» прошли специальную подготовку и уже ближе к лету по отдельности выехали за рубеж для выполнения задания. Каждый агент действовал по своему плану. Это делалось для того, чтобы на случай форс-мажорных обстоятельств и провала одного из агентов, второй мог продолжить работу в стане противника.

«Кахарман» благодаря спецподготовке, навыкам психологического воздействия на террористов, а также нацеленности на результат смог занять позиции в непосредственном окружении лидера КИД.

«Сункару», благодаря верно выработанной линии поведения, также удалось заслужить определенный авторитет в среде ее активистов.

К осени 2015 года агенты сообщили, что ими продуман вариант по задержанию лидера тергруппировки на территории самой Сирии.

После тщательного анализа оперативных данных было принято решение реализовать завершающий этап операции. Для этого были созданы три специальные группы из числа опытных казахстанских разведчиков. Первая группа сотрудников условно называлась «штаб» и осуществляла организационные мероприятия из Центра. В задачу второй группы входили создание условий на месте для захвата боевика, а также проработка запасных вариантов для отхода задействованных агентов и сотрудников. Третья группа состояла из боевого подразделения СВР, которому предстояло осуществить непосредственный захват лидера КИД в условиях Сирии.

В назначенные день и время из «штаба» поступила команда: всем группам приготовиться к началу операции! Агентам «Кахарман» и «Сункар» также была дана «отмашка» приступить к действиям. Каждый участник операции четко знал отведенную ему роль, каждый понимал, что осечка не допустима, поскольку срыв на любом из этапов операции мог привести к гибели сотрудников и агентов.

В «час икс» при воздействии «Кахармана» лидер КИД был сподвигнут к переезду из одного места в другое, где, согласно плану, он должен был быть задержан.

В «штабе» все замерли в ожидании. Агенты и две группы сотрудников «вели» лидера КИД. «Сункар» со снайперской позиции осуществлял контроль действий коллег, страхуя их на случай форс-мажорных обстоятельств.

 

 

Мероприятия были осложнены тем, что действия проходили в логове врага, а брать боевика нужно было живым, поскольку он располагал всеми планами тергруппировки. Агентам и сотрудникам СВР приходилось буквально идти по лезвию ножа, рискуя жизнями, но чувство долга перед Родиной не позволяло им даже на мгновение усомниться в успешности проводимой операции. Все были настроены идти до конца. По радиосвязи прошла очень нужная в тот момент фраза: «Алға, жігіттер!»

Когда лидер КИД зашел в «мертвую зону», «Кахарман» дал всем понять – «Все готово, надо брать!» Группа захвата в считанные секунды скрутила боевика и поместила в специально оборудованный фургон, в котором перевозились овощи и фрукты. На одном из местных аэродромов уже ожидал специальный борт, на котором радикал в сопровождении группы захвата и был доставлен в Казахстан. Из «штаба» поступила команда: «Главный овощ в холодильнике! Группы покидают Сирию! «Кахарману» и «Сункару» оставаться до особого распоряжения!».

Агенты продолжали находиться в рядах тергруппировки и внушали активистам КИД мысль о бесперспективности их дальнейшей деятельности без лидера, тем самым внося разлад в ряды боевиков.

В результате к концу 2015 года терорганизация «Казахский исламский джихад» перестала функционировать. Её члены переметнулись в другие мелкие боевые группировки, действовавшие в сирийской зоне конфликта. Лидер КИД был осужден к длительному сроку тюремного заключения. После этого выходцы из Казахстана, принимавшие участие в боевых действиях в составе вооруженных терформирований в Сирии, больше не предпринимали попыток создать единую терорганизацию.

 

 

Агенты «Кахарман» и «Сункар» в середине 2016 года через территории третьих стран благополучно вернулись в Казахстан, но уже практически через месяц получили новые задания и выехали за рубеж.

 

 

ДОСТОЙНЫЕ СЫНОВЬЯ РОДИНЫ

 

5 лет прошло с момента кровавого нападения банды террористов на Актобе. Вдохновленные призывом к убийству мирных жителей, который был незадолго до того озвучен пропагандистом ДАИШ Абу Мухаммадом Аль-Аднани, радикалы 5 июня 2016 года вышли на улицы города, чтобы сеять смерть. На их пути встали настоящие герои – офицеры КНБ.

…Талгарца Даниэля Майлыбаева, офицера военной контрразведки, друзья, однокурсники и коллеги помнят, как открытого и трудолюбивого человека. Он всегда был душой компании.

Еще до его появления на свет было решено, что он станет военным. А как же иначе? Будущий отец – Даниэль Майлыбаев – служил во флоте. Для него служение Отчизне было не просто словами. Поэтому и первенца Даниэля и младшего Саяна отец воспитывал с чувством, что Родину нужно любить, заботиться о ней и искоренять то, что ей вредит.

Поэтому, когда после окончания школы Даниэль поступил в военное училище в Алматы, это ни у кого не вызвало удивления.

«Ему было важно стать не просто офицером, а отличным офицером», – вспоминают сейчас его однокурсники и коллеги.

Перфекционизм в нем сочетался с отзывчивостью и чуткостью, идейность – с трудоспособностью и ответственностью, отличное чувство юмора – со строгостью и требовательностью к себе.

Закономерным стало его направление после выпуска в числе лучших в качестве командира взвода в только что созданное Петропавловское военное училище Внутренних войск. Ему доверили воспитание и обучение будущих офицеров. Через некоторое время его заметили и перевели в Главное управление Командующего Внутренними войсками МВД на должность офицера по работе с молодежью. Основной его работой стало инспектирование воинских частей по всей стране и нередко тех, в которых служили его однокурсники. Но на службе он абсолютно не придавал этому факту значения, строго требуя качественной работы.

В военную контрразведку, курирующую безопасность во внутренних войсках, Даниэль перевелся после Астаны. Прошел для этого спецподготовку в учебном заведении КНБ. Затем судьба направила его в Павлодар, Каракемир и Актобе. И везде запомнился профессионалом. Даниэль отдал службе почти 20 лет жизни.

Еще он был прекрасным мужем и отцом. Несмотря на занятость, мужчина старался уделять больше времени своей семье. К моменту перевода в Актобе Даниэль с супругой Ботагоз воспитывали уже четверых детей.

А их первая встреча сразу зажгла между молодыми искреннюю любовь и уважение. Романтичный, обходительный и решительный Даниэль ждал три года, когда Бота окончит вуз. А после они сыграли свадьбу.

Молодой глава семейства хотел большую семью и рождение детей принимал как дар небес. Окружающие помнят одну особенность при его общении с детьми – Даниэль всегда приседал, опускаясь на уровень роста своих детей. Это делало их разговор особенным – родитель должен быть скорее открытым, нежели авторитетным, ведь это способствует улучшению взаимопонимания между отцом и детьми.

«Он был прекрасным сыном, другом, мужем и отцом. Успевал везде. В нем словно была искра. Даниэль хотел успеть сделать многое, строил прекрасные планы на будущее», – вспоминает его супруга.

…В тот роковой день, 5 июня 2016 года, Майлыбаев хоть и находился в ВЧ 6655, но был не на дежурстве. Потому при нем не оказалось оружия. Злоумышленники пытались протаранить ворота ВЧ, началась перестрелка, некоторые военные – к сожалению, это факт – позорно бежали через форточку помещения штаба. Другие отважно отражали нападение. Времени на раздумья не было, и Даниэль пошел в бой с голыми руками. Для безоружного человека он продержался довольно долго. Вот она та самая любовь к Родине, стойкость и бесстрашие, так отличавшие его от остальных.

Отважного контрразведчика предали земле под Талгаром.

…Пожилой человек, стоявший у гроба, не плакал. Не обвинял судьбу, не злился, не упрекал. Недолгая жизнь его сына была яркой и насыщенной. Он ставил высокие цели и добивался их. Он остался верен идеалам, привитым отцом. Любил жизнь и отдал ее, не задумываясь, ради спокойствия других…

Ему было посмертно присвоено звание подполковника. Указом Президента офицер был награжден орденом «Айбын» II степени.

Актобе будет помнить подвиг подполковника Майлыбаева. В 2021 году в городе в его честь и других военных, погибших при несении службы, был установлен памятник «Мәңгілік сапта» – «Вечно в строю». Люди должны знать тех, кто отдал свою жизнь за тишину и покой, что такое – любить Родину.

…Террористы не достигли цели – не смогли добыть автоматическое оружие, потеряли при этом двух человек.

Преследование оставшихся членов банды продолжалось.

Из столицы авиабортом прибыли бойцы Службы специального назначения КНБ «А», оперативники Департамента антитеррора и сотрудники Штаба Антитеррористического центра.

Уже через час в здании ДКНБ по Актюбинской области была развернута работа Областного оперативного штаба.

Благодаря активным усилиям оперативников КНБ, в течение 3–4 дней одна за другой были вычислены и ликвидированы мелкие группы боевиков. Но лидер вооруженной группировки Д. Танатаров и его ближайшие сообщники как в воду канули.

Каждый час проходил в тревожном ожидании нового нападения, но это только активизировало поиск, который шел круглосуточно.

Наконец, в ночь на 10 июня поступила информация, что Д. Танатаров, а с ним еще 3 террориста прибыли на ночевку на съемную квартиру по улице Некрасова. Ошибки быть не могло – экстренная проверка подтвердила полученные данные.

К часу ночи дом, где засели боевики, и весь этот район города были блокированы несколькими кольцами оцепления.

Между тем в Областном оперативном штабе шло активное обсуждение. Остро стоял вопрос: следует ли как можно скорее начать штурм квартиры, использовав фактор внезапности?

Но в этом случае есть реальный риск для жизни жильцов 5-этажного дома. Непонятно, как они себя поведут во время ночного штурма, а ведь там много детей. Эвакуация же потребует как минимум 3-4 часа. Будут ли боевики спокойно наблюдать, как у них из-под носа выводят людей? Было принято решение начать переговоры, усыпить бдительность террористов и выиграть тем самым необходимое время.

Переговорщику удалось несколько сбить агрессивный настрой террористов и внушить им надежду на благоприятный для них исход.

Но боевики продолжали обвинять власти Казахстана, и в том числе КНБ, в преследовании мусульман. Стали выдвигать требования о том, чтобы их отпустили в Сирию для участия в «джихаде». Заявили, что «готовы умереть мучениками».

Только потом экспертиза даст заключение: террористы находились под воздействием психотропных препаратов.

Бойцы спецназа вышли на исходные позиции для штурма.

Внезапно поступила команда затянуть время еще на 20 минут.

Необходимо было вывести из дома последние 3 семьи, в числе которых пожилые люди и маленькие дети. И вот в Штаб докладывают: эвакуация завершена, все 157 жителей дома в безопасности.

Пошла команда на штурм. В течение 20 минут сотрудники спецподразделения «А» вели ожесточенный бой с преступниками. Еще 30 минут потребовалось для зачистки помещения.

Позже утром в городе были задержаны последние три боевика.

А участники Оперативного штаба приступили к завершению работы и подготовке последнего документа об окончании антитеррористической операции.

Спустя час это объявление было опубликовано в новостях. События 5–15  июня 2016 года перевернули еще одну страницу в 30-летней истории органов национальной безопасности.

Из воспоминаний сотрудника спецназа: «Воскресный день 5 июня многих бойцов Службы «А» в г. Астане застал за семейными хлопотами. Неожиданно в 16.00 поступил сигнал боевой тревоги, и уже через 4 часа я ехал по улицам Актобе.

Быструю доставку бойцов и бронетранспортеров Службы в Актобе нам обеспечило Управление делами Президента, которое оперативно выделило единственный в Казахстане тяжелый военно-транспортный самолет Ил-76.

Многие из ребят собирались впопыхах, поэтому в самолет погрузились кто в чем. Оперативный водитель «Рэмбо» загонял БТР на борт самолета в сланцах. Спешка была такой, что «Рэмбо» так и остался сидеть в БТР до самого приземления в городе Актобе.

Вчера еще мирный город ощетинился и был похож на зону военных действий. На улицах разворачивали полицейские блокпосты.

Доложенная мне сухая статистика гласила: «…5 июня 2016 года банда радикалов совершила ограбление двух оружейных магазинов и завладела 17 ружьями, захватила маршрутный автобус и пыталась похитить из войсковой части оружие.

Убиты продавец, посетитель, охранник, трое служащих Национальной гвардии. Ранены один охранник, посетитель, трое полицейских и шесть служащих Национальной гвардии.

Полицейскими ликвидированы двенадцать, трое ранены и задержаны.

Личности остальных скрывающихся установлены, принимаются усиленные меры по их поиску и обезвреживанию…».

Кстати, угнанную преступниками патрульную машину спустя сутки обнаружил один из сотрудников Службы «А», находившийся в отпуске в Актобе.

Он, рискуя свое жизнью, преследовал машину и успел сообщить на ближайший блокпост о приближающейся машине с преступниками. В этот момент угнанная «Нива» подъехала к посту и из машины открыли огонь на поражение.

Навыки бойца спецназа пригодились нашему отпускнику, который предупредил дежуривший наряд и обеспечил их укрытие за баррикадой.

Прибывшая по сигналу группа обнаружила машину и труп ее водителя недалеко от поста. Преступникам удалось скрыться…

Опустевшие улицы Актобе днем и ночью усиленно прочесывали силовики и спецназ. Поиски продолжались два дня.

Наконец оперативники сообщили, что в одной из строящихся многоквартирных высоток «Нурсити Актобе» замечены подозрительные лица.

Периметр стройки, насчитывавшей 8 многоквартирных высоток, был оцеплен, поиски преступников начаты с двух домов, двери в подъезды которых еще не были установлены.

Начался изнурительный многочасовой поиск, террористы могли укрыться в любом помещении, это требовало повышенных мер осторожности. Метр за метром группа разведчиков продвигалась наверх. Через окно последнего этажа было замечено движение в окне соседнего дома.

В радиоэфир тут же передано сообщение: «В доме с белой стороны движение на верхнем этаже… Отрабатываем последний этаж…» В соседнем доме на 9-м этаже четко виднелись силуэты людей.

На четвертом этаже этого дома были свежие следы крови, они вели наверх. С восьмого этажа начали доноситься выкрики «Аллах Акбар!». Сомнений не оставалось, экстремисты там.

Вход в квартиру они забаррикадировали строительным мусором. На требования сдаться и начать переговоры преступники открыли огонь. Запах пороха перемешался с поднятой пылью.

Бойцы не дрогнули и по приказу командира «Огонь на поражение!» выполнили все то, чему их учили и готовили на протяжении многих лет. У преступников не оставалось шансов.

Где-то с крыши соседнего дома раздался снайперский залп. Террорист, пытавшийся бросить из окна взрывчатку, пал замертво.

За эти доли секунды группа на лестничном пролете стремительным броском преодолела баррикады и нейтрализовала преступников, уничтожив четверых и ранив двоих.

«Объект зачищен… Пострадавших бойцов нет… Приступаем к отработке оставшихся новостроек…» – доложил старший группы.

И снова поиски. Только спустя трое суток в 3 часа ночи поступает информация о том, что в центре города Актобе в квартире 5-этажного дома по улице Некрасова скрываются другие разыскиваемые члены радикальной группы, в том числе ее лидеры.

Работа в Штабе закипела с новой силой. Командиры живо обсуждали поступающую информацию, отдавая распоряжения членам штаба. Я чувствовал усталость, но видя их предельную собранность, почувствовал прилив энергии, а ведь они практически не спали со дня прибытия.

По полученной из оперативных источников информации, все преступники были вооружены различным огнестрельным оружием, в том числе тремя снайперскими винтовками.

Они были готовы оказать самое ожесточенное сопротивление с одной лишь целью – «забрать побольше с собой» …

На задание выехали три группы захвата.

Зная, что преступники укрываются в квартире на втором этаже, начать атаку было решено с квартиры этажом выше. Через пробитое в полу отверстие бойцы начали забрасывать террористов гранатами. Одновременно группа под прикрытием БТР осуществила залп по окнам квартиры из гранатометов. Эффект выкуривания дал свои плоды, и террористы потянулись к окнам, где были уничтожены снайперским огнем».

 

Дата публикации
25 ноября 2021
Направления деятельности
Популярные новости
Социальные медиа
Акимат Амангельдинского района
Акимат Амангельдинского района
Амирхан Биркенович Асанов
Меню подвал
Законодательство
Открытое Правительство
Структура Правительства РК
Сайт Парламента РК
Сайт Премьер-Министра РК
Сайт Первого Президента РК – Елбасы
Сайт Президента РК
Послания Президента РК
Государственные символы РК
Цели устойчивого развития